Вопрос юристу

Новости: PRO жизнь



Древние пещеры на малодоступном хребте Инал в Приэльбрусье манят исследователей

…Предложение заюковца Муаеда побывать там, где люди – гости редчайшие: на хребте Инал, было на редкость заманчивым, рассказал sk-news.ru неутомимый исследователь-краевед из Нальчика, издатель Виктор Котляров.

 

Аслан, еще один заюковец, который пасет здесь скот, рассказал, что кроме его напарника и владельца лошадей сюда летом больше никто не поднимается. А в остальное время путь сюда закрыт. Он просто недоступен лошадям, а другим транспортом (за исключением вертолета) сюда не добраться.

Вот это и смущало: несколько  часов вначале в гору, а потом с горы (равнинной дороги, как предупреждали, практически нет) не такая простая прогулка для того, кто с лошадьми не очень дружен.


Но желание осмотреть пещеры, которых здесь множество и в которых некогда жили люди, не оставившие о себе никаких следов, отодвинуло на второй план сомнения. В конце концов, если другие поднимаются, почему бы и мне не попробовать?


И вот ранним утром мы выехали в Заюково, откуда, уже на «Ниве» Муаеда, выдвинулись в Тызыльское ущелье. До турбазы «Тызыл» практически 30 километров от трассы, но эта дорога одно удовольствие: местность столь живописна и привлекательна, что глаза не успевают запечатлеть все.


Ущелье достаточно глубокое и широкое; с левой стороны (если едем вверх) заросло густым лесом, а с правой на всем его протяжении возвышается скальной массив, высота которого где сто пятьдесят, а где и двести метров.

И вот с этой упирающейся в небесную синь выси рвется вниз водопад. Он достаточно далеко от дороги и виден не отовсюду, но когда находишь самую удобную точку для обзора, замираешь от восторга: со стометровой высоты стремится вниз водяной поток, но в своем первоначальном виде до земли не добирается. Где-то на середине падения сила воды ослабевает и поток, послушно направлению ветра, разбивается, становится  жемчужной пеленой, которая постоянно колышется, играет,  сияет на солнце.

Так и хочется стать под эту ажурную водяную вязь, почувствовать ее прохладу и свежесть. Но до водопада, хоть и кажется, что он совсем близко, несколько часов пути. Причем тропинки к нему нет и надо идти по траве, которая вымахала куда выше человеческого роста и от этого каждый шаг дается с немалым трудом, а поэтому мы продолжаем путь.


Вот и заброшенная турбаза «Тызыл», у которой ждет нас Аслан с двумя лошадьми. Мои молодые друзья вспрыгивают в седло, я взбираюсь и трогаемся.

Начальный этап дороги мне хорошо знаком – именно она ведет в пещеру, в чреве которой находится пронзительной голубизны озеро. Попасть к самому озеру можно только через узкое горлышко, пробитое водой, которая и мчится по нему постоянно. Так что сухим остаться не удастся, но красота, вернее лицезрение  красоты требует жертв, в нашем случае – ледяных водяных процедур.


Тропка, пробитая конскими копытами в каменном ложе, столь узка и отвесна, что удивляешься, как лошадь в ней умещается. Тропку пересекают многочисленные ручьи, для которых  на ряде участков она становится чем-то вроде ложа. В него сползает земля, отчего практически на всем протяжении приходится ступать по сплошной жиже, скапливающейся, не имеющей выхода и посему не просыхающей. Бывает, что жижа эта достигает тридцатисантиметровой, а то и больше  глубины и лошади вытаскивают из нее ноги с хлюпающим свистом.


Если к этому добавить, что рядом с тропинкой сплошные заросли – травяные, древесные;

что лопухи достигают лошадиной холки, а борщевики задирают соцветие, еще выше;

что каждую минуту надо уклоняться от веток и сучьев, которые расположились куда выше лошади, а посему предназначают свои уколы и удары всаднику;

что в некоторых местах тропинка изгибается как змея, причем зигзаги не превышают несколько метров;

что весь путь это сплошной серпантин, то станет ясно – тут не помечтаешь, не фотографируешь; внимательным надо быть каждую минуту. Да что там минуту – секунду.


Вот моя в целом очень даже послушная лошадка потянулась за травой, потеряла на мгновение ориентировку, оступилась и головой припечаталась к земле, а я к ее голове. Оставалось только удивляться тому, что не вылетел из седла, тем более, что у моей лошади не было уздечки – ее Аслан забыл и вышел из положения прикрепив вместо поводьев обыкновенную веревку.


…Небольшая поляна, заросшая травами и цветами так, что они скрывают всадника, позволяет провести несколько минут не в привычном напряжении. И вновь тропа упрямо взбирается вверх: серпантин столь крут и отвесен, что приходит сомнение: а можно ли по нему подняться?


Прижимаюсь к лошадиной шее и стараюсь не смотреть в сторону: поднимаемся прямо по-над пропастью – одно неосторожное движение лошади – и вместе с ней загремишь вниз, к журчащей где-то там, далеко-далеко, речке. Но судя по всему моего четвероного друга такие мысли не одолевают: лошадь сгибает в коленях передние ноги, отталкивается задними и в прямом смысле вытаскивает себя и меня на такой косогор, на который человек может взобраться лишь с помощью рук.

Только поднявшись на хребет, я разжимаю руки, судорожно вцепившиеся в железное кольцо седла. Ехать так было крайне неудобно, но это создавало хоть какую-то иллюзию страховки от падения.


Отдохнув недолго в импровизированном коше, мы вновь двинулись в путь. Хоть Аслан говорил, что пещеры практически рядом, это оказалось не совсем так. И трава была поменьше, и деревья на хребте не росли, а дорога легче не стала. Из ложбинки в ложбинку, по косогорам, спускаясь к прорезавшим их рекам и снова поднимаясь вверх, через полчаса мы оказались около пещерного комплекса. Пещер здесь множество, практически все небольшие. Камни у входа свидетельствуют, что здесь находили приют люди. О том, что они здесь жили достаточно долго, говорят и черепки  керамической посуды. Вероятно, где-то поблизости должно находиться и поселение. Как выяснилось впоследствии, оно располагалось именно там, где нынче стоит кош – об этом свидетельствовала каменная выкладка, глубоко ушедшая в землю. Но на вопрос: кто здесь жил и когда, ответить  затруднительно.


Особый интерес вызвала пещера, имеющая помимо основного второй выход. Маловероятно, что его проделал человек, тем более, что расположен он практически рядом с главным, но подобное природотворчество встретишь не часто.

Горный массив сплошь и рядом изрезан каменными схронами – не глубокими, но защищенные от ветра, дождя и снега они позволяют, если не жить, то переждать непогоду однозначно.


То и дело ловишь себя на мысли, что из этих темных щелей за тобой кто-то наблюдает, что царящая вокруг тишина, не нарушаемая ни единым звуком, обманчива, что сами эти скалы – мрачные и суровые, изрезанные, исполосованные временем и силами природы, почерневшие и, если можно так сказать, проржавевшие, скрывают какую-то тайну. И тот, кто в эту тайну посвящен, где-то рядом: видит, слышит, знает.


Удивительно, но это ощущение передалось и животным: кони забеспокоились, перестали жевать траву, сбились в кучу. А потом и вообще задергались. Особенно конь Муаеда: он так рванул вперед, что скинул седока, и только чудом заднее копыто не задело заюковца.

Мой тоже перестал слушаться, и Аслану стоило немалых усилий привести его в чувство.


Что испугало животных, почему они повели себя столь неадекватно, выяснить не удалось. Во всяком случае Аслан сказал, что такого поведения лошадей он не припомнит.

Конь так и не подпустил Муаеда к себе, и пришлось ему всю обратную дорогу до коша идти пешком. А потом  и до места, где осталась наша машина.


Часть обратного пути – спуск с Инала – и я вел свой четвероногий транспорт за веревку: подниматься на лошадях в гору тяжело, но спускаться пешком - еще тяжелее.  Сапоги утопали в тропинке-колее, забитой земляной жижей; каждый шаг давался с неимоверными усилиями, пот заливал глаза. Спуск оказался куда тяжелее чем подъем, хотя чаще всего в горах бывает по иному.


Наконец, сил спускаться не осталось, но и ранее послушный конь, отказывался идти вниз. Пришлось Аслану вести его за узду, а мне трястись на врезавшемся в мягкое место седле, успевая увертываться от веток.

Но, как известно, все «хорошее» кончается. К вечеру завершилось и наше многочасовое путешествие на хребет Инал – суровый и могучий, таинственный и мрачный, гордый и малодоступный, укрытый туманами и пеленой дождя даже тогда, когда вокруг сияет солнце.


Инал, ты нас не ждал. Ты встретил нас неприветливо. Спасибо, что отпустил. 


Комментарии

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Между проявлениями депрессии и состоянием иммунной системы существует тесная связь, поэтому ваше душевное состояние напрямую влияет на иммунитет.

Научное определение - Митохо́ндрия — двумембранная сферическая или эллипсоидная органелла диаметром обычно около 1 микрометра. Характерна для большинства эукариотических клеток, как автотрофов (фотосинтезирующие растения), так и гетеротрофов (грибы, животные).

Мы знаем, что наша здоровье на 10-15% зависит от экологии. Частью окружающего мира в последние годы стали такие явления, как «пластиковое загрязнение» и «микропластик». К сожалению, эти термины уже не новы, - собрал для  SK-NEWS.RU информацию с просторов Интернет врач методист ГБУЗ СК «Ставропольский краевой центр медицинской профилактики» Игорь Долгошеев.

Оздоровить тело поможет комплекс упражнений "Восемь отрезков парчи", который участникам Долгоздрав.Клуба показал мастер Цигун и айкидо, руководитель общественной организации «Центр общемировой физической культуры» (г.Пятигорск) Евгений Парамонов.

Цигун – достояние китайского народа и культурный феномен. Первые упоминания о Цигун относятся к 1 тысячелетию до нашей эры первые записи ко 2 веку нашей эры. Придворный лекарь с их помощью лечил императорскую семью и знать

Ковид-«Сюрприз» нашу семью подстерег вечером, 15 октября. Днем мы приехали из Сочи, а вечером пришла племянница и между делом пожаловалась, что накануне слегка простыла.

Как образ жизни и стиль питания влияют на здоровье рассказала на V Международном экологическом форуме «ЗЕЛЕНАЯ ЭКОНОМИКА: СТРАТЕГИИ УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ ГОРОДОВ И РЕГИОНОВ» руководитель Долгоздрав.Клуба Марина Чернышева, сообщает SK-NEWS.RU.

Презентация-дебют альманаха «Свет души» в День неизвестного солдата в Маяковке
Маяковка собрала стихи в поэтический аудиоконверт «Огонь памяти»
Приглашаем на презентацию альманаха «Свет души»!
В День неизвестного солдата Маяковка запускает поэтический аудиоконверт «Огонь памяти»
«Тифлоквант» набрал обороты!
Примите участие в социальном проекте Тотальный тест «Доступная среда»
Топ-9 постов блога «Доступное чтение» за ноябрь 2020 года
Знаете ли вы, как понять самого себя?
Медиадоброволец 2020: Рандеву с осенним парком подарила подопечной соцработник Георгиевского ЦСОН
«Казачий кладезь Витислава Ходарева»: уникальное издание выложено в открытый доступ
Осенняя пора в стихотворениях Василия Гаазова
Школа медиадобровольчества поможет специалистам Георгиевского ЦСОН писать яркие материалы для интернет-ресурсов

Мы в социальных сетях


Подписка

Северо-Кавказские новости

Календарь новостей

Декабрь
2020
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
30
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
1
2
3