Вопрос юристу

Новости: Власть



Путин ответил на вопросы журналистов часть 2
Д.ПЕСКОВ: Три часа, как мы в эфире, Владимир Владимирович.

В.ПУТИН: Ребята, надо заканчивать.

Д.ПЕСКОВ: Давайте агентство «РИА Новости».

ВОПРОС: РИА «Новости», Елена Глушакова.

Вы тут уже вспоминали достаточно эмоционально про 2008 год, как Вам приходилось лично ездить на заводы, на фабрики, чтобы решать возникающие проблемы, как государство выделяло субсидии нашим предпринимателям, иногда им ручки одалживало, и другие подобные механизмы помощи. Сейчас, через четыре года, не придётся ли, если вдруг наступит вторая волна кризиса, снова в ручном режиме управлять нашей экономикой? Достаточно ли она диверсифицирована?

И ещё. Член Вашей команды Алексей Леонидович Кудрин вчера сказал, что антизападная риторика, которая в последнее время возобладала в нашей стране, может негативно сказаться на экономике Российской Федерации. Что касается российско-американских отношений, как Вы считаете, не нужно ли будет потом делать «перезагрузку перезагрузки»?

Спасибо.


В.ПУТИН: То есть у Вас, по сути, два вопроса. Хватит ли у нас ресурсов для того, чтобы решить проблемы, если они возникнут, так?

Е.ГЛУШАКОВА: Да.

В.ПУТИН: И второй – как развитие ситуации в международных делах отражается на наших экономических проблемах, так я понял?

Е.ГЛУШАКОВА: Скорее, это просто был, наверное, переход к российско-американским отношениям, поскольку кризис, опять же для нас немаловажны иностранные инвестиции, а сейчас с риторикой у инвесторов возникают опасения. Соответственно, как Вы оцениваете российско-американские отношения, не потребуется им «перезагрузка»?

В.ПУТИН: Понятно. Давайте начнём с российско-американских отношений и с того, что Алексей Леонидович сказал. Алексей Леонидович – я уже сказал, что я с ним встречаюсь и прислушиваюсь к его мнению, но сегодня он не работает в исполнительных органах власти. Он, скорее всего, даже относит себя к такой конструктивно-либеральной оппозиции. А у нашей оппозиции, я позволю себе перефразировать героя известного фильма, нет конкретной работы. Они люди умные, но ответственности не несут за принимаемые решения.

Что касается риторики: антиамериканской, любой другой, антизападной, и любую другую страну могу назвать, – нам вообще не нужна анти-какая-то риторика, она всегда вредна. Но мы, наверное, с вами или я – плохой христианин: когда бьют по одной щеке, надо бы подставить другую; я к этому пока морально не готов. Если нас шлёпнули, надо ответить, иначе нас всегда будут шлёпать. Вот адекватно, неадекватно – это другой вопрос. Причём они сделали это неспровоцированно. Сами там по уши в одной консистенции находятся, я уже перечислил их проблемы, как лом торчат там в этих проблемах по самую макушку, а на нас переваливают. Это неправильно. Это же не наш выбор. Не мы кого-то провоцируем, а нас провоцируют.

Это адекватный ответ или нет, повторяю, это другой вопрос, это надо посмотреть. Я вашей коллеге отвечал – надо текст посмотреть, который депутаты предлагают. Но мы не заинтересованы в ухудшении каких-либо отношений с кем бы то ни было.

Что касается «перезагрузок», это не наш термин – нам предложили американские партнёры. Я даже не очень понял, а что нам перезагружать: у нас в принципе нормальные хорошие отношения были – они испортились, относительно испортились в связи с тем, что у нас была другая позиция по Ираку, вот отсюда начались проблемы.

Но я хочу обратить ваше внимание на то, что мы даже не инициативно заняли эту позицию – нас к этой позиции в значительной степени подтолкнула политика европейских партнёров Соединённых Штатов: Франции, Германии, которые тоже не поддержали их усилия по иракскому направлению. Кто был прав? Вот говорят – пришёл, увидел, победил. Саддама повесили, но страна-то разваливается. Ведь Курдистан практически уже действует самостоятельно. Сколько там жертв уже произошло? Уже больше, наверное, чем за весь период правления Саддама Хусейна. Были это адекватные средства решения «проблемы Хусейна» или нет, мне трудно сказать. Но я думаю, что они очень спорными являются, такие средства решения проблемы, как минимум.

Вторая проблема, которая возникла у нас тогда и продолжается, – это система противоракетной обороны. Мы уже много раз сказали. Мы видим угрозу, когда наши партнёры создают такие системы. Это ведёт к обнулению (может привести, если мы не будем отвечать) нашего ракетно-ядерного потенциала, что существенным образом нарушит стратегический баланс в мире, который сохраняет всё человечество от крупномасштабных военных конфликтов после Второй мировой войны. Маленьких полно, но вот крупномасштабных, слава Богу, нет. И Карибский кризис мы перешагнули именно в связи с тем, что возник такой баланс, никто не хочет взаимного уничтожения.

Я когда-то разговаривал с человеком, с которым у меня очень добрые личные отношения сложились, я к нему очень хорошо отношусь до сих пор, – это бывший президент Буш. Он сказал: «Ну что вы беспокоитесь? Мы не против вас это делаем», – я говорю: «Ну тогда мы будем делать то-то, то-то: мы не будем создавать ПРО, это дорого и неизвестно ещё, будет ли эффективно, но мы, чтобы сохранить баланс, тогда будем вынуждены развивать ракетные ударные комплексы». – Он говорит: «Да делайте что хотите. Мы не считаем вас врагами, нас это не касается. Но и вы не считайте нас врагами, и вас тоже не касается».

Хорошо, мы так и делаем. Но возникла тогда проблема, и она продолжается до сих пор. Ведь когда мы говорим: «Ну ладно, хорошо, не против нас» (я сейчас не буду в деталях, их очень много, они интересные, я вам как-нибудь расскажу об этом), но когда мы говорим: «Слушайте, вы не хотите технологически сделать так, чтобы нам не угрожало?» – они предлагали, и мы согласились, а потом – они отказались от технологического решения вопроса. Хорошо, не хотите, но давайте хотя бы на бумажке напишем обязывающие какие-то вещи юридического характера, что это не против нас, – они даже против этого возражают, от этого отказываются. Мы вынуждены будем принимать какие-то ответные меры. Это ухудшает наши отношения? Да.

Но я всё-таки хочу вернуться к тому тезису, который 42-й президент сформулировал: мы не враги друг другу. И я тоже так считаю. Просто нужно набраться терпения и искать компромиссы. Не думаю, что это уж так отражается на инвестиционном климате, чему-то мешает, развитию экономики. Но мы должны обеспечить национальные интересы в области безопасности для народа Российской Федерации.

Д.ПЕСКОВ: Предлагаются последние два вопроса. Мы обязательно пригласим. Пожалуйста, сядьте. Спасибо большое.

Давайте, Питер.

В.ПУТИН: Я дам Вам слово, ладно? Я дам Вам микрофон, хорошо?

ВОПРОС: Добрый вечер, уважаемый Владимир Владимирович!


Я хочу вернуться к вопросу, который задала коллега из Кабардино-Балкарии по поводу защиты журналистов. К сожалению, это не только проблема одного региона – это проблема всех регионов России.

По данным Фонда защиты гласности, в этом году сто журналистов подверглись нападениям; это в два раза больше, чем в 2010 году. И я считаю, что это очень серьёзная проблема. Буквально летом этого года, в июле, я сам подвергся нападению и получил две пули в голову из травматического пистолета, выходя из редакции. Было возбуждено уголовное дело, но все эти пять месяцев оно расследуется очень формально.

Я хочу Ваше внимание обратить на то, что, может быть, проблему защиты журналистов решить следующим образом: усилить надзор за правоохранительными органами и усилить ответственность этих органов за бездействие при расследовании таких преступлений. Потому что очень часто такие преступления очень формально расследуются и непоследовательно.

Спасибо большое.

В.ПУТИН: Это какой регион, скажите, пожалуйста.

РЕПЛИКА: Это Санкт-Петербург.

В.ПУТИН: Санкт-Петербург? Прискорбно, что мы сталкиваемся с такими вещами. Это говорит об определённых системных проблемах нашего общества. Я в своём Послании, по-моему, об этом достаточно много говорил и уделил этому значительное внимание.

Не скажу ничего нового, только вы не подумайте, что я там с больной головы на здоровую что-то хочу переложить. Но журналистское сообщество – это часть нашего общества; конечно, оно тоже вовлечено в жизнь общества, в коммерцию часто вовлечено. Поэтому здесь, конечно, нужно всегда разбираться, что послужило причиной того или другого преступления. Боже упаси, я ни в коем случае не имею в виду вашу проблему. Но то, что нужно усилить контроль за расследованием таких преступлений, это абсолютно точно.

И я вот это пометил и в очередной раз обещаю вам, что, может быть, не сейчас, до Нового года уже не успеем, меня коллеги услышат, но в первых числах нового года, в первых рабочих числах нового года мы вернёмся к этому вопросу на отдельном совещании. Думаю, что в рамках совещания постоянных членов Совета Безопасности.

Д.ПЕСКОВ: Пожалуйста, вот сюда микрофон дайте; пожалуйста, микрофон. Да, пожалуйста.

Вы, наверное, вопрос хотели задать?

ВОПРОС: Да, я из Всеволожска Ленинградской области, газета «Голос читателя».


Вам шлют наилучшие пожелания ваши две учительницы из 281-й школы [Санкт-Петербурга], которые единственные остались ещё живущими.

В.ПУТИН: Спасибо.

ВОПРОС: И помнящими именно Вас. Я с ними разговаривала, они говорят о Вас, как будто бы вот ещё Вы до сих пор у них школьник. Это завуч Малышкина Вера Константиновна и учительница истории, которая непосредственно Вас учила, это Тамара Зиновьевна Стельмахова.

В.ПУТИН: Спасибо им большое. Я им очень благодарен за всё, что они сделали.

ВОПРОС: Я согласна с журналистом из «Аргументов и фактов», что всё-таки Вам немножко преувеличивают статистику по тем же пенсиям, ещё по ряду вопросов. Могу даже такие примеры привести в этом отношении. Когда я сюда ехала, я у многих людей спрашивала: «А какой бы вы задали вопрос Владимиру Владимировичу?» Большинство простого народа очень озабочены ростом преступности, особенно в малых городах, где это больше всего заметно.

Когда я стала выяснять, то получается так, что до реформы милиции в полицию на одного участкового, самого близкого к народу, приходилась территория с 3 тысячами населения, а сейчас – по 15–18 тысяч. На наш не такой уж маленький Всеволожск всего семь участковых (представляете, какую работу они сейчас выполняют, которую могли бы делать пять участковых?) и всего четыре оперативника. Да, им платят сейчас по 35–40 тысяч. Но они уже даже воют от тех нагрузок, которые на них приходятся, и не рады этим деньгам. И что-то новых желающих на их место нет. Как Вы смотрите на это? Растёт преступность.

В.ПУТИН: Прежде всего хочу вас попросить передать самые наилучшие пожелания моим учителям. Ещё раз хочу сказать, что я очень им благодарен. Это первое.

Второе, по поводу статистики. Статистика корректная. Просто, здесь уже коллега говорил об этом, это же усреднённые цифры и по росту пенсий, и так далее. И я говорил о средней пенсии по старости. Она действительно такая, средняя, которую я назвал. Но она же зависит в каждом конкретном случае от многих факторов. И в действительности во многих местах она ниже. И люди слышат, говорят: «Как же так? Я-то столько не получаю!» Но это средняя [пенсия], повторяю.

То же самое касается заработной платы. Это тоже по регионам, повторяю ещё раз. В ресурсодобывающих регионах там 50, 60, 70, 80, может быть, тысяч даже. В армии сейчас сильно повысили. А в центральных регионах это может быть и 16, 17, 18, сейчас уже 20, 20 с лишним тысяч. И, когда люди слышат: «Да, средняя такая, а у нас меньше», – да, в регионе может быть и меньше, но я говорю про среднюю [зарплату].

Да, это, конечно, цифра приблизительная, но для чего она приводится? Она отражает тенденцию, движение, а она у нас явно позитивная. Как бы там ни было, она всё равно растёт. Небольшая, но всё равно она за последний год подросла. Вот я о чём говорю.

Поэтому говорить о том, что эти цифры некорректны, не совсем точно.

Теперь по поводу реформы. Что касается переименования, это дело вкуса. И как вы понимаете, это я исполнял обязанности Председателя Правительства, конечно, в курсе был того, что происходит. Но дело даже не в переименовании. Может быть, можно было этого и не делать совсем. Но дело в том, что к тому времени реально назрела необходимость структурных, системных изменений в системе МВД, в том числе и необходимо было повышать уровень заработной платы. И ведь сколько тогда говорили: хотите, чтобы в милицию пришли приличные люди – платите им больше. Вот стали платить больше. Нет, насчёт того, что не приходят, это тоже так, знаете… Вот во Всеволожске, может быть, и есть проблема. Так же как и во многих других местах. То, что сотрудники милиции после повышения заработной платы воют, – ну, наверное, кому-то тяжелее стало, нагрузка увеличилась. Но я могу Вам привести цифры, тоже усреднённые, но они корректные: 75 процентов опрошенных гордятся своей работой и хотят продолжать службу в системе МВД, понимаете? Но есть и 25, у которых отличное мнение. Это тоже немало. И, может быть, как раз те люди, о которых Вы говорили, попадают в эти 25 процентов. Но мы-то говорим в обобщённом виде и о тенденциях, как я сказал.

Что касается преступности. Она у нас высокая. Это факт. И нам нужно работать по понижению преступности, по всем направлениям. Это касается и воспитания, это касается освещения в средствах массовой информации. Это касается дальнейшего повышения социального статуса сотрудников правоохранительных органов. Это касается совершенствования законодательства. И нужно в конце концов, самое главное, добиваться того, о чём коллега Ваш здесь говорил: чтобы добиться того, чтобы не бесконечно повышать ответственность за совершенные правонарушения, а сделать ответственность неотвратимой.

Д.ПЕСКОВ: Последний вопрос, наверное, да, Владимир Владимирович?

В.ПУТИН: Сейчас-сейчас.

Д.ПЕСКОВ: «Независимая газета». Будьте любезны, микрофон «Независимой газете».

ВОПРОС: Александра Самарина, «Независимая газета».


Добрый день!

Владимир Владимирович, мой вопрос о политической конкуренции. В 2000-е годы, в годы так называемой суверенной демократии, политические проблемы, проблемы политического развития решались у нас методом политтехнологий. Мы знаем об этих проблемах. Это и людей не допускали на выборы, признавали недействительными подписи. Это только часть проблем, с которыми сталкивался человек, который шёл на выборы и не доходил до политического олимпа.

Анализируя Ваше Послание и сегодняшнее выступление, газета приходит к выводу о том, что на смену политической технологии приходит политика, что именно Вы и действующая политическая элита уже в большей степени интересуется политикой, о чём говорит и то, что Вы в Послании призываете элиты впрягаться и пахать, то, что Вы упомянули в Вашем Послании, что могут быть введены избирательные блоки на следующих выборах.

В общем, согласны ли Вы с тем, что на смену политтехнологиям приходит политика в действиях нашей политической элиты и это, в общем-то, даст возможность развивать политическую конкуренцию, допускать к участию в политике оппозиционных деятелей? Спасибо.

В.ПУТИН: Я не думаю, что мы полностью избавимся от политтехнологий. Вы знаете, ведь политтехнологии привнесены в нашу политическую жизнь. Они не родились у нас, на нашей почве. Они привнесены более опытными и, можно сказать, ушлыми предпринимателями, которые в этой сфере давно работают в странах развитой демократии и зарабатывают неплохие деньги в ходе этих политических процессов.

Вы знаете, сколько, например, досрочно проголосовало в США на выборах Президента Соединённых Штатов? Огромное количество людей досрочно голосовали. Нас бы скушали уже за такую цифру, понимаете. А это что, не политтехнологии? Конечно, это политтехнологии. Я уже не говорю про специальные, специализирующиеся на предвыборных кампаниях организации, компании и фирмы. Это бизнес на политике, и, конечно, этот бизнес будет развиваться. Нам нужно просто минимизировать негативные стороны этого процесса, но от этого нам никуда не уйти. Как Черчилль говорил: «Не знаю худшей системы управления, чем демократия, но лучшей тоже нет». Это такие негативные стороны этого процесса, может быть, неизбежные.

Что же касается конкуренции, то, конечно, она будет расти. И я с Вами не могу не согласиться, я согласен с вами в том, что нам больше нужно внимания уделять не политтехнологиям, а именно политической борьбе, легальной политической борьбе, которая должна представлять из себя борьбу мнений по решению проблем, перед которыми стоит страна. Не просто «вали такой-то отсюда», «уходи такой-то», «давайте мы всё зачистим до основания, а затем мы свой, мы новый мир построим – кто был ничем, тот станет всем». Мы это уже проходили, в рядах так называемой непримиримой оппозиции в основном люди, которые были уже во власти, и что они построили, мы знаем, как они работали в регионах Российской Федерации, известно, там поразвалили всё, и в федеральных органах власти работали, мягко говоря, не очень эффективно.

Но у них должна быть своя повестка дня, свои предложения по решению проблем, перед которыми стоит страна. И в этом смысле я очень рассчитываю на то, что после принятия решений, скажем, по свободе регистрации политических партий, вот эта борьба примет действительно настоящий конкурентный характер и создастся конкурентная политическая среда в России. Но нужно, чтобы люди имели возможность заявить свою позицию – я уже в Послании об этом говорил – непростая задача для власти.

Сейчас уже 48 партий, по-моему, зарегистрированы, 200 создаются, созданы инициативные группы по созданию 200 партий. Это сложная задача – всем предоставить равное право, но надо к этому стремиться. И я искренне говорю об этом. Почему? Потому что, когда мы это обеспечим, будет хорошо видна дурь каждого из нас. Я и себя тоже имею в виду.

Д.ПЕСКОВ: Владимир Владимирович, 3 часа 25 минут в эфире.

В.ПУТИН: Давайте «6 соток».

Д.ПЕСКОВ: «6 соток».

ВОПРОС: Большое спасибо, Владимир Владимирович.

Андрей Туманов, теперь уже внештатный корреспондент газеты «Ваши 6 соток».

В.ПУТИН: Почему внештатный?

А.ТУМАНОВ: Теперь я работаю в Государственной Думе.

В.ПУТИН: Карьерюга такой. (Смех.)

А.ТУМАНОВ: Владимир Владимирович, вот уже много раз я вам задавал вопросы, по-моему, шесть раз, ну плюс ещё Дмитрию Анатольевичу. И вопросы примерно всегда одинаковые с теми или иными нюансами. И меня уже коллеги начинают упрекать: то ли тебя переклинило немножечко. Ну а я говорю: ну может быть, всё-таки это у нас немножечко вот государственная система недостаточно эффективно работает, вот та самая вертикаль, когда достаточно простые вопросы, вопросы, допустим, о садоводах, о мелких землевладельцах, вопросы о земле, о меже, о границе, которые касаются миллионов людей, в основном пенсионеров, не решаются годами. Так вот как Вы сами это оцениваете?


В.ПУТИН: Согласен. Я знаю Ваши все вопросы наперёд, мы с Вами давно знакомы. И, кстати сказать, я не думаю, что вы должны здесь оправдываться, что вы специализируетесь на какой-то конкретной теме. Вообще, на самом деле это крайне важная вещь – специализация представителя прессы, журналиста. Я вот в Послании говорил о корпусе судебных журналистов, которые ещё в XIX веке у нас возникли, это были люди высоко, хорошо образованные, знающие законодательство, обладающие очень хорошим языком, доходчивым, грамотно умевшие излагать свою позицию и, безусловно, игравшие очень важную роль в развитии судебной системы России.

Поэтому если вы специализируетесь на этой теме, ничего здесь зазорного нет. А вопрос, который вы формулируете и которым вы озабочены, он крайне важным является для страны. Ведь справедливое распределение земельных ресурсов – я сейчас в широком смысле этого слова говорю – является ключевым вопросом экономики и социальной справедливости. У нас эти вопросы крайне забюрокрачены, и эта забюрокраченность не позволяет нам вернуть в хозяйственный оборот значительную часть наших плодородных земель. А у нас, между прочим, пашня Российской Федерации – 55 процентов от мировой пашни. И здесь, конечно, очень важно справедливым образом решать вопросы и мелких собственников, и тех, у кого 6 соток и 15 соток.

Я воспользуюсь вашим вопросом и выйду за его рамки, нам очень важно справедливым и правильным образом решить вопрос развития жилищного строительства применительно к тем территориям, которые расположены близко к крупным городам и имеют хорошую достаточно развитую инфраструктуру. Потому что это самый большой ресурс решения жилищной проблемы в стране. Но нужно это делать таким образом, чтобы не ущемлять тех, кто может и хочет работать на земле, производить сельхозпродукцию.

У нас выработана целая система мер, и прежде всего она связана с кадастровым учётом. За землю люди платят уже в соответствии с кадастровой оценкой, за недвижимость – пока исходя из старой бюрократической системы оценки. Поэтому нам нужно всё это привести в соответствие со здравым смыслом и наладить кадастровый учёт недвижимости. И всё это вместе нужно будет свести в реализуемые административные процедуры.

Пожалуйста, ещё – «Польска не згинела!», пожалуйста.

ВОПРОС: Владимир Владимирович, а Вы ещё не сказали о пенсионерах.


Д.ПЕСКОВ: Вы уже задавали вопрос.

ВОПРОС: Нет, которые работают. Малышкина, ей 83 года, а она работает всё ещё по модной сейчас профессии «консьержка» и всё время Вас вспоминает. Так вот я хочу сказать, закон это или как, допустимо людям работать до такого возраста?

В.ПУТИН: Вы хотите ограничить их – если человек хочет работать? У нас есть много предложений, связанных с тем, чтобы изменить систему пенсионного обеспечения таким образом, чтобы человек, который работает, не получал бы пенсию. Реализация Ваших идей может привести к такой форме решения проблем. Поэтому нужно здесь делать очень аккуратно, действовать очень аккуратно. Если человек в состоянии работать и хочет это делать…

ВОПРОС: Телекомпания «Тефален» из Польши.


Вопрос, который, по мнению многих поляков и польских властей, осложняет очень сильно в этот момент отношения Польши и России, – это расследование смоленской катастрофы, причин катастрофы, а точнее – момент: обломки самолёта, они всё время лежат на аэродроме в Смоленске.

Поляки считают, по эмоциональным соображениям это очень важно для нас: понятно, там сгинула элита Польши, – мы бы хотели, чтобы эти обломки как можно скорее вернулись в Польшу. Следственный комитет отвечает, что это доказательство, которое должно сохраниться в России до конца расследования. Поляки говорят: Мы готовы сохранять, сторожить эти обломки, но в Польше, и в любой момент открыть доступ для российских исследователей до них.

Существует ли такая возможность? Может быть, Вы повлияете на Следственный комитет, чтобы всё-таки они решили этот вопрос, как быстро передать эти обломки?

И второй, маленький, вопрос. Через месяц в лагере Аушвиц открывается национальная выставка России. Тоже вопрос, который решался очень долго, долгие дискуссии по этому поводу. Вы были в 2005 году в Аушвице, Вы знаете эту проблему: открывается выставка, обычно открывают её главы государств. Вы приедете в Польшу?

В.ПУТИН: Я не знаю, есть ли у меня приглашение. Вы знаете, между нами, президентами, так не заведено: решил – и приехал. Надо приглашение получить. Но надо посмотреть, что там предлагается. В принципе, Вы же сами сказали, я там был.

Когда мероприятия подобного рода проводятся, это то, что нас объединяет и со всем цивилизованным миром, и с поляками тоже. Я хочу поблагодарить Польшу за то, что поляки не забывают об этом и такие мероприятия проводят и организуют. Тогда меня приглашал Президент Квасьневский. Он провёл это мероприятие на очень высоком уровне. Было очень много ветеранов. Это очень доброе и полезное мероприятие.

А что касается останков самолёта, обломков, то всё-таки это должны решать следователи. Я же деталей не знаю. Мы не вмешиваемся в расследование. Как мне представлялось, между польскими следователями и российскими был налажен очень конструктивный, деловой контакт. Они работают вместе. И работали до сих пор вместе достаточно солидарно и эффективно.

Я не думаю, что мы должны здесь держаться за эти обломки вечно. Хотя позиция Следственного комитета мне в деталях неизвестна. Я переговорю с руководством Следственного комитета.

Единственное, чего, мне кажется, нельзя делать, это политизировать эту проблему. Это трагедия. Мы скорбим вместе с польским народом. Вы знаете, как мы к этому отнеслись, причём искренне абсолютно. Разумеется, мы заинтересованы в объективности расследования.

Если плохие погодные условия, если приземлившийся за два часа до этого польский борт в лице командира предупреждал командира следующего борта № 1, что лететь сюда нельзя, условий для посадки нет, а они всё равно полетели. Трагедия, понимаете? Я бы даже не стал сейчас в этом ковыряться, копаться. Но, конечно, мы должны добиться абсолютно объективного ответа на все вопросы, которые есть и у нашей, и у польской общественности. Это дело Следственного комитета, я с ними переговорю.

Вот там девушка с какими-то зверюшками.

ВОПРОС: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

В.ПУТИН: Здравствуйте! Что там у вас за зверюшки?

РЕПЛИКА: Это кот. Просто не знала, как ещё привлечь ваше внимание. Продемонстрирую!

Д.ПЕСКОВ: Так вы не про зверюшек?

РЕПЛИКА: Нет. А можно я про детишек?

В.ПУТИН: Давайте.

ВОПРОС: Александра Красногородская, «Русская служба новостей».


Уж, извините, пожалуйста, я с тем вопросом, который набил оскомину, который сегодня неоднократно звучал. Если можно – краткий ответ. У меня просто есть список в руках тех детей, по которым уже принято решение об усыновлении иностранными родителями. Это 9 человек, и там всё больные синдромом Дауна и с ДЦП. Детишкам 5–6 лет. Вот вопрос, что будет с ними, если Вы всё-таки этот закон подпишете?

И второй вопрос, очень важный. Речь идёт о воспитательной роли государства в нашей стране. В советское время, безусловно, такая роль у государства была, а сейчас, мы знаем, что идёт активное финансирование кинофильмов, государственных каналов. Но у меня вопрос, почему на этих каналах, которые частично финансируются государством или принадлежат компаниям с госучастием, работают журналисты, которые позволяют себе порой делать акцент, в первую очередь, на негативной состоянии нашей страны, – там всякие сванидзе, доренки, познеры? Скажите, пожалуйста.

В.ПУТИН: Добрались наконец-то до них.

А.КРАСНОГОРОДСКАЯ: Подождите-подождите. Они ругают Русскую православную церковь, они поднимают вопросы, разжигающие межнациональные конфликты – почему так происходит?

Спасибо большое. Первый вопрос и второй.

В.ПУТИН: По поводу первого вопроса я уже говорил, и мне добавить нечего, я не видел текста закона. Он во втором чтении принят, да? Нужно посмотреть на него и тогда можно будет сделать вывод о том, что с теми детьми, о которых Вы сказали.

А потом речь ведь идёт о запрете на усыновление не всем иностранцам – речь идёт об американских усыновителях. Но мы с Вами не знаем, какие иностранцы выбрали этих детей для усыновления, и на сам текст надо посмотреть, и договор у нас ещё действует. Надо с этим разобраться, как соотносится. Надо с юристами поговорить, как будет соотноситься принятый закон и международное соглашение, которое было подписано. Поэтому это всё предмет профессионального разбирательства. Сейчас я просто не готов Вам ответить. Это первое.

Второе, насчёт позиции отдельных представителей прессы по тем или иным проблемам нашей жизни, нашего бытия. Я бы не стал так ругаться, потому что федеральные каналы и так достаточно ругают по поводу их позиции. Но, я так понимаю руководство каналов: их позиция заключается в том, чтобы представить на суд общественности разные точки зрения, а дело уже самих журналистов, как эту точку зрения излагать. Её можно излагать корректно, а можно излагать неприемлемыми способами. Я очень рассчитываю на то, что эти люди нас услышат. Ваш вопрос говорит о том, что Вы и люди, которые занимают Вашу позицию, считают как минимум, что изложение их позиции происходит в неприемлемых формах.

РЕПЛИКА: Интернету дайте.

В.ПУТИН: Давайте интернету. А где интернет? Пожалуйста.

РЕПЛИКА: Спасибо большое, что Вы спустя три с половиной часа обратили внимание на интернет.

В.ПУТИН: Обращаю Ваше внимание на то, что я не вёл пресс-конференцию – это делал мой пресс-секретарь. Но это просто ремарка. Пожалуйста.

Ещё ничего не сказал, а уже напал сразу, не надо быть таким агрессивным.

ВОПРОС: Хотелось бы вспомнить Ваше Послание, в котором Вы сказали про милосердие и духовные скрепы. Не кажется ли Вам, что пора милосердие и духовные скрепы обратить в сторону заключённых по «Болотному делу».


Например, Вы знаете, наверное, что есть такой человек Владимир Акименков, который сейчас сидит в СИЗО уже несколько месяцев, и он теряет зрение стремительно. В то время как госпожа Васильева, которая работала в Минобороны и причинила значительный больший урон государству, чем Акименков, находится дома в 13-комнатной квартире и требует уборщицу. Считаете, нормальная эта ситуация? Это первый вопрос.

И, если позволите, второй вопрос. Не кажется ли вам странным, что у государства – и сильного государства, как Россия, которое поднялось с колен, – усилиями СК и господина Бастрыкина из Следственного комитета главным его внешним врагом сейчас стала даже не маленькая Грузия, а мелкий и незначительный политик Гиви Таргамадзе, а главными внутренними врагами даже не Алексей Навальный, а мелкие оппозиционеры Развожаев и Константин Лебедев, которых судят за соответственно заговор против России.

Спасибо.

В.ПУТИН: Пожалуйста. Я ещё ничего не сказал, но всё равно пожалуйста.

По поводу того, кто стал врагом Следственного комитета: у Следственного комитета нет врагов персональных – Следственный комитет обязан следить за исполнением российского законодательства, а в случае его нарушения производить расследование и предлагать суду принять окончательное решение. Мы должны обратить на это внимание.

А что касается того грузинского политического деятеля, то он совсем не враг Российской Федерации – он человек, который пытался (и, может быть, до сих пор это делает) подстрекать граждан Российской Федерации к совершению противоправных действий, которые могли выражаться в совершении террористических актов, к незаконному захвату власти. Я думаю, что это очень убедительно было показано съёмками, под которые они случайно, должен вам раскрыть государственную тайну, попали в контролируемом помещении. Но это объективные данные, против этого не попрёшь. Он их инструктировал по поводу того, как совершить преступление в Российской Федерации, и это должно иметь правовую оценку. И не нужно его защищать. А обсуждение, как они говорят, в шутку или не в шутку, совершения терактов, в том числе и взрывов на железной дороге, – против этого Бастрыкин не должен проходить, потому что такие случаи и такие трагедии в нашей стране, к сожалению, случались.

Как же Бастрыкин может пройти мимо того, что обсуждается возможность взрыва поезда где-то в районе Иркутска? О чём Вы говорите, Вы же гражданин России, Вы сами могли оказаться в этом поезде, или дети Ваши, или знакомые, или другие пользователи интернета, разве можно так? Это первое.

Второе, по поводу того, кто сидит в тюрьме: я не думаю, что за участие в массовых акциях, даже если они были проведены с нарушением закона, нужно сажать в тюрьму. Вот у меня лично как у главы государства и у человека, который имеет базовое юридическое образование, такая позиция. Но – и я хочу обратить на это особое внимание – недопустимо абсолютно рукоприкладство в отношении представителей органов власти. Вы наверняка относитесь с уважением к правовой системе Соединённых Штатов. Попробуй там в руку карман [засунуть] и вытащи что-нибудь – сразу пулю в лоб получите, без разговоров. И полицейского оправдают. Там очень жёсткие правила в отношении представителей правопорядка. Почему кто-то считает, что у нас дозволено срывать погоны, либо бить по лицу, либо душить представителя власти? Если мы с вами позволим это делать кому бы то ни было, вне зависимости от политических взглядов этих людей, мы развалим правоохранительную систему страны. Завтра они скажут: идите сами на улицу и боритесь – допустим, с представителями крайних националистических движений. Вы одобряете их деятельность? Думаю, что – имея в виду ваш либеральный подход – вряд ли. Так они скажут: «Очки сними и иди туда, и дерись с ними сам». Вы понимаете, мы развалим полицейскую систему. Крайне аккуратно нужно к этому подходить.

Но деталей, я говорю искренне, Вы назвали фамилии, я не знаю: по каким основаниям этих людей задержали и на период расследования лишили свободы, – но я посмотрю. Если это связано с тем, что я сказал, я вмешиваться не буду. Если связано просто с тем, что они принимали участие в этих акциях, – думаю, что это неправильно, и вообще на будущее, конечно, правоохранительные органы должны будут иметь это в виду.

Пожалуйста.

ВОПРОС: Екатерина Винокурова, «Газета.ру».


В продолжение вопроса моего коллеги Ильи Азара и Дианы Хачатрян из «Новой газеты» хотелось бы обратить Ваше внимание на следующее. Согласно ноябрьским опросам «Левада-центра» рейтинг доверия жителей России к Вам составляет около 34 процентов. Количество недовольных курсом Правительства и курсом нынешней власти уже 55 и 45 процентов соответственно.

Как Вы считаете, почему падают рейтинги, почему растёт в обществе недоверие к власти, ко всем её институтам? И не связано ли это, например, с разницей в условиях содержания 18-летней обвиняемой по «Болотному делу» Духаниной и бывшей чиновницей Васильевой; с тем, что, с одной стороны, у нас в реактивном порядке принимается ответ на «закон Магнитского», хотя значительная часть общества хочет хотя бы дискуссий по этому поводу, выступает против этого, и, с другой стороны, совершенно не слышат тех людей, кто к власти нелоялен.

Спасибо Вам большое за ответ.


В.ПУТИН: Я постараюсь быть предельно объективным, но не знаю, понравится ли Вам эта объективность. Я думаю, что вопросы, связанные с рейтингами, во-первых, всегда очень приблизительны. Сегодня рейтинг чуть выше, завтра чуть ниже. Не думаю, что это так напрямую коррелируется с теми проблемами, о которых Вы сказали.

Кстати говоря, Вы же всё-таки представляете либеральный спектр нашего общества. Вот Вы сейчас сказали про Васильеву, которая находится под домашним арестом. Совсем недавно я от представителей вашей среды слышал совсем другие речи: «Разве можно за экономические преступления сажать в тюрьму?!» Вы будьте тогда последовательными, пожалуйста, будьте последовательными!

Её подозревают в совершении уголовного, но экономического преступления. Во-первых, процесс доказывания там довольно сложный. И вопрос не в том, что её заперли или не заперли в местах лишения свободы, в следственном изоляторе. Вопрос в том, чтобы она никуда не скрылась от суда и следствия. И вопрос в том, чтобы была обеспечена объективность разбирательства. Следствие и суд приняли такое решение. И что? Это же не значит, что дело там кто-то сворачивает. Я уже отвечал на этот вопрос: никто ничего сворачивать не будет! Будет всё доведено до конца и по этому делу, и по другому.

Что же касается внимания общества к проблемам, которые Вы называли, Вы назвали фамилии, я не знаком с этими фамилиями, говорю Вам честно и откровенно. Свою позицию по этому вопросу я уже определил, отвечая на вопрос Вашего коллеги, всё хорошо в меру.

Если это связано с правонарушением в ходе каких-то массовых мероприятий в отношении представителей власти, прежде всего правопорядка, то это одно дело. А если это просто что-то другое, мне не очень понятное, то это второе. Если это связано с возможной подготовкой или хотя бы с обсуждением возможного совершения противоправных действий, связанных с незаконным захватом власти в отдельных регионах, совершением террористических актов, как уже упоминали этого грузинского политика, который подталкивал, провоцировал наших деятелей к совершению этих актов, – это третья позиция. Я этого в деталях не знаю. Свою позицию, считаю, я достаточно ясно изложил.

Д.ПЕСКОВ: Владимир Владимирович, три часа пятьдесят минут мы уже работаем.

В.ПУТИН: Давайте «Рейтер».

ВОПРОС: Владимир Владимирович! Алексей Анищук, агентство «Рейтер».


Недавно по лентам информагентств прошло сообщение о том, что российский суд принял решение сократить срок содержания в тюрьме Михаила Ходорковского. Я думаю, для многих в этой аудитории и по ту сторону телеэкрана, наверное, не секрет, что подобное решение российский суд, будучи независимым, всё равно не может принять без какого-то согласования с Вами.

В.ПУТИН: Почему это?

А.АНИЩУК: Вы несколько лет назад говорили, что вор должен сидеть в тюрьме. Значит ли это, что, может быть, у Вас изменились в некотором роде взгляды? Что Вы считаете, что Ходорковский уже посидел достаточно и может выйти на свободу?

В.ПУТИН: Послушайте, у Вас неправильное представление о функционировании нашей судебной системы. Это первое.

Второе. Я четыре года не был главой государства, тем не менее суды оставались при той позиции, которую мы с Вами знаем. Я никак не мог влиять, я хочу, чтобы вы все услышали. Я не влиял на деятельность правоохранительных и судебных органов вообще никак. Я вообще не лез в эту сферу. Я занимался своей конкретной работой, и тем не менее наши суды остались при том мнении, которое нам хорошо известно.

Были приняты определённые поправки в действующий закон. Они, видимо, и дали основание суду принять то решение, о котором Вы сказали, вот и всё. Это всё соответствует действующему российскому законодательству и правоприменительной практике.

Что касается моего тезиса о том, что вор должен сидеть в тюрьме. А кто против? А что, он должен гулять по улице? Вот посадили под домашний арест, так наши либеральные деятели недовольны, они говорят: «В тюрьму надо». Так вы определитесь: кого в тюрьму, кого не в тюрьму. Или у вас какой-то выборочный подход к этому вопросу?

Что касается самого Михаила Борисовича, то здесь нет никакого персонального преследования. Вы понимаете, я очень хорошо помню, как развивался этот процесс. Нет ничего такого, а всё пытаются представить какое-то политическое дело. А что, Михаил Борисович занимался политикой? Он был депутатом? Возглавлял какую-то партию? Да ничего этого не было в помине. Там речь идёт чисто об экономическом преступлении, об экономическом деянии. Суд принял такое решение.

Посмотрите, что в тех же Штатах делается. Там и 99 лет дают за экономические преступления, и сто. Вот замечательный пример – это руководитель одного из фондов. Чем всё закончилось? Трагедией – у него члены семьи покончили жизнь самоубийством и так далее.

Это мировая практика. Нам всё время говорят об избирательности закона. Вы думаете, что в Штатах он единственный человек, который нарушает? Тоже, наверное, не единственный. Просто до него добрались, до других – нет. То же самое и у нас. Не надо политизировать эти вопросы. Я уверен, что когда в соответствии с законом, всё будет нормально, Михаил Борисович выйдет на свободу. Дай бог ему здоровья.

РЕПЛИКА без микрофона.

В.ПУТИН: Про налоги – это важный вопрос. Я, правда, не знаю, что Вы хотите спросить.

ВОПРОС: Здравствуйте! Пережогина Олеся, журнал «Главбух».


Представляя наших читателей, сначала хочу тоже внести предложение. Очень распространённая профессия – бухгалтеры. К сожалению, у них до сих пор нет своего профессионального праздника.

В.ПУТИН: Да что Вы? Мне кажется, что уже есть.

О.ПЕРЕЖОГИНА: Нет, действительно нет.

В.ПУТИН: Каждая профессиональная группа имеет.

О.ПЕРЕЖОГИНА: Официально – нет. 21 ноября – это день налоговых органов, но не главбухов. Если было бы возможным ввести такой праздник, наши читатели были бы счастливы.

И вопрос более серьёзный – по поводу страховых взносов. Малый бизнес очень переживает по поводу поднятия, особенно индивидуальные предприниматели, потому что нагрузка в следующем году для них очень сильно увеличится. Планируется ли какое-то снижение и вообще каким образом будет развиваться система страховых взносов? Будут ли тарифы остановлены или дальше будет увеличение? Спасибо.

В.ПУТИН: Мы так много обсуждали этот вопрос и с профсоюзами, и на экспертных площадках. Ряд экспертного сообщества в своё время говорил: не надо повышать страховые взносы. Потом их всё-таки повысили. И экономика как бы втянулась в эту систему отсчёта.

Потом возник вопрос: надо бы понизить, потому что малому и среднему бизнесу тяжеловато. И те, кто выступал против повышения, сказали: «Уже ничего не трогайте. Не надо трогать. Экономика привыкла к этому, и бизнес справляется». Тем не менее мы понизили.

Дальнейшего снижения не предусмотрено. Во всяком случае, мы пока не рассматривали, хотя мы будем стремиться к снижению общей налоговой нагрузки в стране. Но ведь это связано с доходами бюджета и с исполнением наших социальных обязательств.

Наша налоговая нагрузка в целом усреднённая, она не больше, а, может быть, даже меньше, чем в развитых экономиках. Поэтому, мне кажется, на сегодняшний день самое главное для нас – обеспечить стабильность налоговой системы.

Пожалуйста, прошу Вас.

ВОПРОС: Молодёжный телеканал «О2ТВ».


Владимир Владимирович, в нашей стране существует много различного рода молодёжных организаций. Часть из них привязана к каким-либо партиям, движениям и так далее, часть политизирована. Как Вы считаете, может быть, есть смысл создать некую общероссийскую молодёжную организацию под эгидой, например, Народного фронта или нет, здесь опять будет политика, которая вобрала бы в себя всё лучшее, что раньше было в комсомоле и в пионерии, но без идеологической накачки, которая бы занималась школьниками, подростками? Потому что не секрет, что зачастую они предоставлены сами себе. Эта организация занималась бы патриотическим воспитанием, физической культурой, каким-то дополнительным образованием и так далее. Это первый вопрос.

И, если можно, в продолжение вопроса канала «Россия» о стабильности. Владимир Владимирович, Вы один из немногих в мире политиков, государственных деятелей, имеющих такой опыт управления большой, огромной страной; я бы, наверное, даже Вас назвал «русским Дэн Сяопином» – по масштабу реформ, которые Вы проводите. Вы не задумывались о написании книги, в которой могли бы поделиться опытом, в том числе с подрастающим поколением?

Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо Вам большое за вопрос, за такое лестное сравнение. Я не думаю, что я его заслужил, но всё равно приятно.

По поводу книжек. Писать, мне даже диктовать – некогда. У нас была идея с некоторыми моими друзьями, чтобы я надиктовывал хотя бы в конце дня или в конце недели просто хронологию происходящих событий – я не успеваю, просто не успеваю даже продиктовать. Даже сам не успеваю наговаривать на диктофон, сил нет уже в конце дня, не до этого. Хотя это было бы интересно.

Что касается такой массовой организации: Вы знаете, ведь я говорил о наболевшем – о патриотическом воспитании. Конечно, можно сколько угодно и зубоскалить, и ехидничать на эту тему. Но зубоскалить и ехидничать могут те люди, которые не связывают свою судьбу и судьбу своих детей с этой страной.

Ваша коллега слева от Вас только что говорила про моих учителей; Вы много говорили о пенсионерах. Ну как без уважения относиться к нашим родителям? Как без уважения относиться к тем людям, которые строили нашу страну тысячу лет? Если мы не будем об этом думать, не будем думать о том, чему нас учили учителя по истории в школе, у нас будущего не будет. А без патриотического воспитания, причём с детского возраста, нам не решить кардинальных, системных вопросов, стоящих перед нашей страной. Ведь у вас у всех дети или будут дети, кто совсем ещё молод и не имеет их, но ведь если мы хотим жить в этой стране, мы должны об этом подумать. Ведь посмотрите, как в других странах решаются вопросы, связанные с патриотическим воспитанием. Ведь в некоторых странах, вы знаете это, в каждой школе флаг государственный поднимают перед началом учёбы, почти в каждом доме есть государственный флаг. Но это не случайно, это не мелочь.

Не нужно заниматься начётничеством, не нужно формализовать всю эту работу, нужно относиться к этому творчески. Но я хочу обратиться к вам, услышьте меня, пожалуйста: от вас очень много зависит. На вас, на ваших плечах огромная ответственность за страну. И дело совершенно не в политике – каждый из вас, из ваших коллег может иметь какую угодно позицию и как угодно относиться к действующей власти либо к той политике, которая проводится в сфере экономики, в социальной области либо во внутренней политике и в международной в том числе. Но есть основополагающие принципы существования самого государства, и один из этих принципов – уважение к своей истории и воспитание патриотизма.

Можно ли создать какую-то универсальную организацию в наших условиях? Трудно сказать. Мне кажется, что это очень сложно сделать. Но главное, что такие организации, здесь я с Вами полностью согласен, должны быть максимально деполитизированы. Я уже говорил в Послании о готовности поддержать ассоциацию спортивных студенческих организаций. Вот если по этому пути мы пойдём, то, может быть, и у нас будет положительный результат.

Д.ПЕСКОВ: Владимир Владимирович, четыре часа.

ВОПРОС: Я не могу не исполнить просьбу. У меня есть пятилетняя дочь, она просила меня передать привет Президенту Путину: Владимир Владимирович, Вам большой привет от Грибчатовой Ани из города Якутска.


В.ПУТИН: Анечке тоже большой привет от нас всех.

ВОПРОС: Спасибо. Вопрос мой немножко о другом. Я думаю, он будет интересен всем, кто на Севере живёт.

Вы бывали в посёлке Тикси, знаете ситуацию. Мы хотим услышать от Вас, что государство намерено сделать для того, чтобы возродить и развивать Северный морской путь и морской порт Тикси, в частности? Спасибо.

В.ПУТИН: Морской порт Тикси, безусловно, связан с экономической деятельностью, в том числе и с развитием Северного морского пути. В связи с изменением климатических условий на северах, Вы знаете, количество дней, пригодных для навигации, постоянно увеличивается. И совсем недавно была осуществлена проводка со сжиженным газом, с другими продуктами по Северному морскому пути. Он является экономически гораздо более целесообразным для доставки товаров из Европейской части, вообще из Европы, в Азиатско-Тихоокеанский регион, гораздо более экономически выгодным, чем движение через Суэцкий канал. Он безусловно будет осваиваться так же, как будет продолжаться работа по экологической очистке северов, будет продолжаться работа в связи с возрождением Северного морского пути по созданию пунктов обеспечения безопасности на всём его протяжении. Надеюсь, что такие точки, как Тикси, будут возрождаться.

Сегодня там ситуация неприемлемая, и решение Министерства обороны закрыть там аэропорт – очень спорное. Но я уверен, что и эти решения тоже будут поправлены. Во всяком случае нужно возрождать и Тикси, и другие населённые пункты подобного рода. Я неоднократно, кстати говоря, обращал внимание руководства республики на необходимость уделить больше внимания развитию Тикси. Там ситуация очень сложная, я видел, что там творится. Не уверен, что всё это сделано должным образом. Нужны коллективные усилия, общие усилия и федерального центра, и республиканских властей.

Кстати говоря, вы знаете, что мы будем развивать ледокольный флот: и атомный, и с обычными двигательными установками? Это всё говорит о наших серьёзных намерениях развивать эту важнейшую артерию.

Давайте мы сюда переедем – Астрахань? Давайте, Астрахань.

ВОПРОС: Спасибо, Владимир Владимирович, что дали слово.


Хватит Ходорковского, хватит Магнитского – приглашаем Вас на зимнюю рыбалку. Реки скованы, раньше времени зима пришла сейчас. Правда, самолёты уже переполнены, и летом тоже трудно на рыбалку попасть. С экологией хорошо становится, слава Богу; федеральная программа сейчас заработала – и реку чистят, протоки чистят. Стало хорошо и с рыборазведением, промышленным рыболовством. Но вот бюрократия со стороны Госкомрыболовства продолжается. Вы знаете, эта история старая уже в Астрахани тянется-длится, митинги были. И вот сейчас, в этом году, Госкомрыболовство ввело новые правила, согласно которым простой рыбак, обыкновенный, который на лодке, на байде выезжает, в камышах ловит, перетягивает сеть, приравнен – теперь уже, оказывается, он стал капитаном морского рыбопромыслового судна, такого же, как китобойная флотилия, такого же, как когда кефаль ловят на Чёрном море. И ему вменили вот этими правилами и проверяют строго, чтобы у него был обязательно промысловый журнал, чтобы у него обязательно были правила рыболовства и оригинал разрешения на лов, где он должен, в этом промысловом журнале, показывать, где он находится: широту, долготу. И после каждого притонения, после каждого перетягивания сети учитывать, сколько он поймал щук, сколько поймал сазанов. Понимаете, это забюрократизировано уже. А если поймают, то штрафуют: штрафы для простых колхозников – рыбаков достигают 10–15 тысяч рублей за один раз. Как эту бюрократию исправить?

В.ПУТИН: Да, я обещаю Вам, что обязательно на этот вопрос обращу особое внимание, и вместе с Госкомрыболовством посмотрим, что там нужно сделать, чтобы разбюрократить ситуацию. Понятно, чем это вызвано – вызвано борьбой с браконьерством. К сожалению, в дельте Волги браконьерство полностью не изжито. Но создавать невозможные условия для работы легально работающих рыбаков, конечно, нельзя.

Я помню очень хорошую, расскажу вам сейчас, замечательную историю. Когда я туда приехал несколько лет назад, пресса не прознала, мы с утра поехали по этим плавням на катере. Стоит такая лодка, и там, по-моему, четыре рыбака ловят рыбу. Я к ним подъехал, так приподнялся: один из рыбаков, мужик, повернулся, на меня посмотрел и начал креститься. Я говорю: «Ты чего крестишься?» Когда он понял, что это я, говорит: «Да мы вчера немножко махнули, думал – привиделось». (Смех.)

Но люди там очень достойные, очень работящие, и нужно не мешать, а помогать им работать. Поэтому я вернусь к этой проблеме, обязательно её подниму, посмотрим, что там на деле.

Давайте мы проявим уважение к нашим иностранным гостям. Агентство «Синьхуа», пожалуйста.

ВОПРОС: Уважаемый господин Президент!


На прошлой неделе Вы в своём ежегодном Послании отметили, что в XXI веке вектор развития России – это развитие на восток. И Вы в своей статье, опубликованной в начале этого года, предлагаете поймать китайский ветер в паруса российской экономики. Скажите, пожалуйста, в каких сферах Россия намерена активизировать сотрудничество с Китаем в процессе освоения Дальнего Востока, и вообще как Вы оцениваете уровень нынешних отношений между Россией и Китаем?

Спасибо.

В.ПУТИН: Отношения между Россией и Китаем находятся на очень высоком уровне, я бы сказал – на беспрецедентном уровне доверия и сотрудничества. Уровень нашего взаимодействия на политической арене такой, которого, наверное, никогда раньше не было. Мы координируем свои усилия по основным вопросам международной повестки дня. И, безусловно, взаимоотношения между Российской Федерации и Китайской Народной Республикой по этому направлению стали важнейшим фактором в мировых делах. В сфере экономики мы должны сосредоточиться, прежде всего, на усилении сотрудничества в сфере высоких технологий. У нас это отчасти получается, я имею в виду наши общие проекты в сфере атомной энергетики. Но мы должны больше сделать в некоторых других критически важных отраслях, например в области авиастроения. У нас есть планы не только по созданию широкофюзеляжного самолёта для гражданской авиации – другие направления крайне важны, в том числе в области вертолётостроения.

Есть и другие сферы, я сейчас не буду их перечислять, их много. Но одна из них является системной и весьма важной – это инвестиционное сотрудничество. В этой связи, я полагаю, у нас много привлекательных активов и направлений деятельности, в том числе и в Забайкалье, и на Дальнем Востоке. Китайские инвесторы ведут себя сдержанно, но активно. Они принимают участие в фонде прямых инвестиций. Крупнейший китайский инвестфонд является активным участником работы нашего инвестфонда российского и при поддержке российских коллег выбирает для себя интересные направления сотрудничества. Я считаю, что это очень важно и перспективно. Надеюсь, что известную динамику получит и наше сотрудничество в финансовой сфере. Вы знаете, что часть небольшую, но всё-таки часть товарооборота мы договорились осуществлять в национальных валютах: в рублях и юанях.

Вот наш коллега, у него написано: «Лос-Анджелес», – он так рассердился, что ему не дали слово. Давайте не будем его сердить дальше. Пожалуйста.

ВОПРОС: Уважаемый господин Президент! Сергей Лойко, «Лос-Анджелес таймс».


Вы говорили много в последнее время применительно к делу Евгении Васильевой и к предполагаемым хищениям в «Оборонсервисе», и к роли Сердюкова, что у нас не 37-й год. Конечно, все рады это слышать. Но, возвращаясь к главной теме сегодняшнего дня, для, например, Сергея Магнитского в 2009 году вполне себе наступил 37-й год, для полутора тысяч детей-сирот, которых ни Лахова, ни Афанасьева на содержание не возьмут, из которых 49 детей тяжело больны и их готовы принять американские семьи. И Вы согласитесь со мной, что в Америке в любом случае им будет лучше, чем в детдоме.

Вопрос у меня такой. Я возвращаюсь назад к Сергею Магнитскому, потому что Вы про это говорили. У России было три года, чтобы дать ответ, что же случилось. И тогда бы не было никакого «списка Магнитского», Вы бы не ругались с Америкой, дети бы поехали в Америку, и все были бы довольны и счастливы. Но ответа нет. Что там? Вы проявляете недюжинную осведомлённость в других громких уголовных делах, я не буду их называть. Мне бы хотелось услышать от Вас ответ на вопрос, что там с 230 миллионами долларов, которые якобы таможенные инспекторы и полицейские – милиционеры в прошлом – украли из бюджета. На них можно было бы отстроить прекрасные детские дома, и Медведеву не приходилось бы голословно говорить, что мы что-то должны сделать. Уже бы это было, и мы бы могли держать сирот в нормальном состоянии.

Что произошло с Сергеем Магнитским? Почему для него наступил 1937 год? Хорошо, что он не для всех. Но почему он всё равно возвращается в нашу жизнь?

В.ПУТИН: По поводу Магнитского... (Аплодисменты.)

Это что?

РЕПЛИКА: Поддерживаем вопрос.

В.ПУТИН: Вы поддерживаете вопрос, ну и хорошо.

Когда трагедия с господином Магнитским произошла, ваш покорный слуга исполнял обязанности Председателя Правительства Российской Федерации. И я узнал о том, что эта трагедия случилась, из средств массовой информации. И, откровенно говоря, я и сегодня деталей этого трагического случая гибели человека в СИЗО до сих пор не знаю. Но, конечно, я чувствую, что мне придётся туда погрузиться поглубже.

Но вопрос ведь не в нём. Я хочу, чтобы вы тоже услышали. Я понимаю, что Вы работаете в газете «Лос-Анджелес таймс», а не в «Правде» и не в «Известиях», и Вы должны занять определённую позицию. Я хочу, чтобы была понятна наша позиция. Вопрос совершенно не в Магнитском. Вопрос в том, что американские законодатели, избавившись от одного антироссийского, антисоветского акта – Джексона –Вэника – а они вынуждены были это сделать по экономическим соображениям, – посчитали необходимым тут же принять другой антироссийский акт. То есть мы восприняли это так, что американский законодатель нам всем как бы показал, кто здесь хозяин, чтобы мы не расслаблялись. Не было бы Магнитского, нашли бы другой повод. Вот это нас огорчает. Это первое.

Второе. Не знаю деталей, но я всё-таки осведомлён о том, что господин Магнитский всё-таки погиб, умер не от пыток, его никто не пытал, а от сердечного приступа. И вопрос в том, оказали ли ему вовремя помощь или не оказали таковой – вот что является предметом расследования. Если оставили человека без помощи, тем более в государственном учреждении, то это, конечно, нужно выяснять, что там произошло. Это второе.

Третье. Вы что, думаете, в американских тюрьмах люди не умирают, что ли? Полно. И что? И мы сейчас будем это всё раскручивать? А вы знаете, сколько людей американские правоохранительные органы по всему миру собирают, нарушая юрисдикцию этих стран, и тащат в тюрьму – свою – и там судят? Это нормально? Думаю, что нет. Я уже говорил об этом однажды: почему одна страна считает себя вправе распространить свою юрисдикцию на весь мир? Это подрывает основополагающие принципы международного права.

Кроме этого, господин Магнитский, как известно, не был каким-то правозащитником, он не боролся за права человека. Он был юристом господина Браудера, который подозревается нашими правоохранительными органами в совершении преступлений экономического характера на территории Российской Федерации, и он защищал его интересы. Всё, что связано с этим делом, крайне политизировано, и не мы это сделали.

Теперь по поводу детей. Я уже много раз говорил и хочу вернуться к этому ещё раз. Мы благодарны тем американским гражданам, которые по зову сердца усыновляли или хотят усыновить наших детей, российских детей, российских граждан, и делают это очень достойно, делают это, сообразуясь с высшими принципами гуманизма.

Вы сказали, что в США им будет лучше. Но судя по тому, что мы знаем о трагических случаях, как, например, тот случай, когда ребёнок был оставлен в машине и умер там на солнцепёке, – это лучше или хуже? Мы знаем о других случаях, когда детей избивали до смерти. Это лучше или хуже? Но разве дело в этих конкретных случаях? Ведь и у нас тоже дети погибают. Вопрос в отношении официальных властей к этим трагическим случаям. Людей освобождают от уголовной ответственности, их не желают даже рассматривать. Вот что беспокоит российского законодателя, вот на что отвечает российский законодатель в известном проекте закона, который вызвал такую реакцию. Повторяю ещё раз: надо посмотреть текст этого закона, но в целом мне настроение депутатов Госдумы понятно.

Ребята, надо заканчивать уже, а то мы здесь до утра будем сидеть. Пожалуйста.

РЕПЛИКА: Спасибо большое.

В.ПУТИН: Вы про Карабах, наверное, будете?


Секундочку, микрофон уже у гражданина есть, он задаст вопрос, потом Вам передаст, хорошо?

ВОПРОС: Господин Президент!


Давид Ахвледиани, телеканал TV9, Грузия, Тбилиси.

Кстати, у меня есть качественное грузинское вино, только я оставил в отеле, я не знал точно, пропустят меня с вином или нет.

В.ПУТИН: Нальёте? Угостите вином?

Д.АХВЛЕДИАНИ: Да, я передам пресс-службе.

В.ПУТИН: Спасибо большое.

Вкусное вино в Грузии, я ничего не скажу. В Грузии особая культура виноделия, и она существенным образом отличается от культуры виноделия в Западной Европе. Своеобразное, конечно.

Д.АХВЛЕДИАНИ: Родина вина, можно так назвать. Страбон, Плиний, Геродот писали об этом.

В.ПУТИН: Допустим. Есть и другие мнения, но допустим. Не буду спорить.

Д.АХВЛЕДИАНИ: Владимир Владимирович, тут мой коллега из «Интерфакса», я запомнил, задал вопрос насчёт вхождения России в ВТО. Грузия была последняя страна, которая поддержала, известно, почему она не поддерживала вхождение. И у меня такой вопрос. По обязательствам организации по идее должны появиться грузинские вина и минеральные воды на российских прилавках. Я вчера был в магазине, не заметил там грузинского вина. Как быстро оно появится?

И ещё один вопрос. Недавно премьер-министр Иванишвили заявил, что, возможно, состоится встреча между Иванишвили и Вами. Насколько реально это и когда это может произойти?

В.ПУТИН: Первое, что касается грузинских товаров на российском рынке. Надо посмотреть наши обязательства по ВТО, и если мы должны это сделать, то мы это сделаем. Мы должны исполнять наши международные обязательства. Для нас это не существенно, для грузинской экономики, может быть, это более заметно. Но дело даже не в этом, а действительно, Грузия сняла свои возражения по вступлению России в ВТО, и мы должны быть последовательными и свои обязательства исполнить. Я, кстати, посмотрю на эту проблему. Наверное, она есть. Она должна быть деполитизирована. Это первое.

Второе. По поводу встречи с господином Иванишвили. Я в первый раз об этом слышу. У нас нет никаких официальных заявок по этому вопросу. В целом я этого не исключаю. Я не знаком с господином Иванишвили…

РЕПЛИКА (без микрофона).

В.ПУТИН: Визы не входят в регулирование Всемирной торговой организации. Это отдельный вопрос.

А что касается Иванишвили, я с ним лично не знаком. У него, по-моему, как известно, был даже бизнес какой-то в Российской Федерации. Повторяю: сигналы позитивные исходят пока. Мы готовы на них ответить. Мы уже отвечаем. Но встречи подобного рода должны просто быть хорошо подготовлены и должны чем-то позитивным заканчиваться. Но я пока не очень понимаю, что будет предметом наших обсуждений. Хотя мы не закрыты от этого.

Да, пожалуйста.

ВОПРОС: Владимир Владимирович, спасибо большое.

Во-первых, Вы сегодня не только стали «Ден Сяопином», с лёгкой руки нашего коллеги…

В.ПУТИН: Нет-нет, я русский человек: мама русская, папа русский.

ВОПРОС: Да, конечно, естественно. Но ещё и опровергли расхожую истину о том, что снаряд дважды в одну воронку не падает, во всяком случае для меня, потому что Вы дали мне второй раз в моей профессиональной карьере задать Вам вопрос, – за это Вам огромное спасибо. Вопрос тогда касался тысячелетия единения мордовского народа с народами Российского государства, развития отношений с финно-угорским миром и того, что Мордовия занимает в финно-угорском мире одно из центральных мест. И огромное Вам спасибо, уже мой коллега говорил о том, что Вы приезжали к нам на тысячелетие, и это был праздник не только для Саранска и не только для Мордовии – поверьте, это был праздник для всей России. И вся Россия, все, кто приехал к нам, вся эта стотысячная толпа скандировала: «Россия! Путин!» – и это было здорово, это был кайф, это правда. Это из жизни, это не придумано.

И я ещё хотела сказать о том, что мои коллеги сегодня много-много раз задавали один и тот же вопрос, одну и ту же заезженную пластинку крутили про «список Магнитского», про «закон Димы Яковлева» и так далее. Не знаю, может быть, я по другим улицам хожу, может быть, я в других троллейбусах езжу, но у нас в регионах какая-то другая всё-таки повестка дня, Владимир Владимирович.

Владимир Владимирович, я хотела поделиться с коллегами и с Вами свежей картинкой из жизни, просто на меня неизгладимое впечатление произвело – думаю, что и на всех тоже. Я ехала сюда ночью на поезде и на такси, и таксист, который меня вёз, у него там, где шашечки наверху, наклеено стикером «Путин». Я, конечно, понимаю, что от Путина многие фанатеют, в том числе и у нас в Мордовии, в том числе и я, – и я ему говорю: «А Вы что, такой фанат Путина?» Он говорит: «Нет, просто спасибо ему огромное за чемпионат мира, потому что у нас в Мордовии вышек нефтяных нет, и вряд ли они появятся, а вот чемпионат мира послужит тем драйвером и тем локомотивом, который нашу экономику и нашу социальную сферу вытащит на новый уровень, то есть толчок очень большой даст развитию».

Владимир Владимирович, как Вы считаете, оправданы ли ожидания этого самого таксиста, реального человека из реальной жизни? Кстати, бюджетника, того самого креативного класса, о котором Вы в своём Послании говорили: он просто подрабатывает вечерами. И что нужно сделать нашей региональной команде, жителям Мордовии, чтобы этот чемпионат мира стал не только крупным имиджевым проектом, но и на самом деле стал драйвером экономики, и чтобы это почувствовал каждый житель нашего региона?


В.ПУТИН: Первое, что касается повестки дня в регионах Российской Федерации, в столице, она действительно немного разная. И на самом деле я Вам признателен за то, что Вы это отметили. Мне как-то неудобно об этом говорить, но это факт. Но мы должны, конечно, и я, имея в виду то положение, в котором я нахожусь сегодня, – я должен учитывать повестки дня и в столичных городах, и в провинциальных, и в национальных республиках. Если кто-то считает, что я этого не делаю, что отношусь пренебрежительно даже к мнению меньшинства, – это не так. Я стараюсь вообще всё услышать и аккумулировать. И если принимаю решения, то стараюсь во всяком случае узнать как минимум разные точки зрения.

Люди в регионах, конечно, озабочены теми реалиями, в которых они живут, это естественно. И мы в долгу перед нашими регионами. Я говорил уже об этом в Послании, но могу сказать, что нам нужно больше внимания уделить, хочу повторить этот тезис, территориальному развитию, больше нужно.

Здесь говорили о развитии Москвы, но бесконечно Москву нельзя расширять. А для того, чтобы это было не так, для того, чтобы у нас складывались другие точки роста, нужно создавать условия. Ведь мы с помощью бюджетных средств не построим новые города – нам нужно создавать условия для развития производительных сил в различных регионах Российской Федерации. Вот в таком регионе, как Мордовия, это, конечно, не Дальний Восток, но там всё-таки многое сделано за последние годы. Может ли быть таким драйвером чемпионат мира? Давайте прямо скажем – вряд ли. Но это может подтолкнуть развитие инфраструктуры, так нужной для того, чтобы на неё потом садился бизнес, развивался малый, средний или даже крупный бизнес. Это, безусловно, так. Это второе.

И третье. Надо людям всё-таки дать возможность почувствовать себя не лишними на этом празднике жизни. Надо людям и в регионах Российской Федерации дать возможность почувствовать себя на празднике полноценными участниками и хозяевами, посмотреть это выдающееся зрелище, как чемпионат мира, посмотреть на их кумиров и порадоваться жизни. Надеюсь, что как минимум эту задачу мы с вами решим.

Пожалуйста.

ВОПРОС: Владимир Владимирович, большое спасибо, что дали слово. Анастасия Хлуновская, служба новостей, «ФМ-продакшн», Барнаул, Алтайский край.


Я хочу сказать, что завтра в Алтайском крае чествуют 30-тысячного новорождённого. Это радостно. Действительно, такое количество детей рождается впервые за 22 года. Мы все понимаем, что демографический подъём связан с тем, что есть государственные программы, есть материнский капитал, есть пособия в размере 40 процентов от зарплаты, это всё замечательно. Но, на мой взгляд, не до конца решена главная проблема – жилищная.

Владимир Владимирович, вопрос: когда у нас будет доступная ипотека – не кабала, а реальная возможность купить квартиру молодой семье? Спасибо большое.

В.ПУТИН: Вы знаете, ипотека развивается, и объём ипотечных кредитов, по-моему, на 40 процентов вырос за прошлый год. Я боюсь напутать, просто могу ошибиться в цифрах, но, по-моему, нет, на 40, конечно, я загнул, но процентов 15–17 точно вырос.

Конечно, ипотека остаётся недоступной для людей со средними доходами. И нам, разумеется, нужно будет дальше понижать ставку ипотечных кредитов. Она, кстати говоря, немножко подросла и сейчас находится на уровне 12 процентов. Хотя растёт, но растёт, совершенно очевидно, всё-таки с повышением уровня доходов граждан. И количество людей, которые берут ипотеку, увеличилось и увеличивается постоянно.

Я уже об этом говорил, конечно, молодым семьям, особенно людям, которые находятся в так называемом репродуктивном возрасте (вы уж меня извините за такие профессиональные термины), которые только вступают в трудовую жизнь, в трудовую деятельность: конечно, им пока трудно пользоваться ипотекой, а подчас невозможно, поэтому нужны специальные программы, прежде всего по строительству жилья эконом-класса. Мы уже много об этом говорим. И ключевой вопрос здесь – вовлечение в строительный оборот новых земель, обустроенных инфраструктурой. Это мы можем делать совместно с регионами Российской Федерации. Нужно продолжать субсидировать ставки по кредитам, нужно создавать региональные программы.

В некоторых регионах эти программы активно развиваются, когда молодая семья после рождения первого ребёнка получает одну льготу, после рождения второго – вторую, после рождения третьего вообще освобождается от выплаты кредитов. И таких программ всё больше и больше по стране. Действуя сразу по многим направлениям, мы, на мой взгляд, и добьёмся успеха.

А Вас я поздравляю с тем, что демографические программы так энергично развиваются в вашем регионе и приносят такой результат. И надеюсь, что вашему примеру последуют и другие регионы Российской Федерации.

В.ПУТИН: Нам точно нужно заканчивать.

Дать вопрос калмыкам, детям степей? Пожалуйста.

ВОПРОС: Нас здесь двое, Владимир Владимирович. Меня зовут Санал Шавалиев.

В.ПУТИН: Такой здоровый мужик, а отобрал у девушки микрофон.

С.ШАВАЛИЕВ: У нас один вопрос.

ВОПРОС: Добрый день! Солнг Макарова, «Парламентский вестник», Калмыкия. У меня вопрос такой. Тут говорили про развитие регионов. К сожалению, мы не попадаем в программу чемпионата мира по футболу, зато в этом году мы вышли из списка высокодотационных регионов, для нас это очень большой позитив Проделана большая работа, то есть мы работаем, мы показываем и так далее. А можно нам тоже программу развития? Нас 300 тысяч, у нас плюс 50 летом, минус 35 зимой, и большинство молодёжи уезжает, потому что тяжело.


С.ШАВАЛИЕВ: Мы ещё, Владимир Владимирович, хорошо работаем, наши животноводы на последней сельскохозяйственной выставке более десяти золотых медалей взяли.

В.ПУТИН: Я знаю, это здорово. И животноводство развивается очень хорошими темпами, это правда. Это отчасти ответ на первую часть вопроса, который задала Ваша коллега по поводу того, нужны ли особые программы. Животноводство развивается без особых программ.

Что касается того факта, что Калмыкия вышла из числа особо дотационных, это говорит о позитивных трендах развития республики, это говорит о том, что люди у вас талантливые, работоспособные, эффективные. Но есть одно обстоятельство, на которое я хотел бы обратить внимание. Чтобы не дестимулировать развитие, в своё время Министерство финансов и Правительство – на правительственном уровне, по-моему, были приняты решения по поводу того, что, если регион перестаёт быть особо дотационным, всё-таки на протяжении трёх лет известный уровень дотаций сохраняется для того, чтобы не лишать сразу регион поддержки со стороны федерального центра. Надеюсь, что так будет и в вашем случае.

А особые программы – мне кажется, лучше в отраслевом ключе смотреть на особые программы, в данном случае – не в региональном. Мы ведь говорим о региональных программах только там, где ситуация не улучшается как у вас, а, наоборот, заходит в тупик – например, происходит депопуляция Дальнего Востока. Вот это проблема для страны в целом, и, конечно, мы обязаны обратить на это особое внимание – на Забайкалье и на Дальний Восток. Но и Калмыкия, конечно, не будет забыта.

С.ШАВАЛИЕВ: Владимир Владимирович, личная просьба. У дочки День рождения – можно поздравить?

В.ПУТИН: С удовольствием. Как её зовут?

С.ШАВАЛИЕВ: Кермен.

В.ПУТИН: Я напишу поздравление и Вам передам, хорошо?

С.ШАВАЛИЕВ: Хорошо, спасибо.

В.ПУТИН: Всё, ребята, спасибо вам большое. Мы с вами понимаем, что закончить нашу встречу, так же как и ремонт в квартире, невозможно – её нужно прекратить.

Спасибо вам большое за доброжелательное отношение к сегодняшнему мероприятию. Извините, заранее хочу попросить прощения у тех, на чьи вопросы я не смог ответить либо ответил не так, как вы ожидали, либо не предоставил слово всем желающих.

Я хочу всех вас поздравить с приближающимися праздниками: Новым годом и Рождеством. Всего вам самого доброго!

Комментарии

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

О том, что в нашем теле живет огромное количество полезных микроорганизмов, наверняка слышал каждый. Также почти все в курсе, что нарушения состава этой микрофлоры называются дисбиозами. Наконец, те, кто всерьез заботится о своем здоровье, знают, что эти бактерии не только помогают нам переваривать пищу, но еще и оказывают целый спектр воздействий на жизнедеятельность наших клеток и тканей, пишет медицинский портал НеБолеем

Последнее время часто слышу из разных источников о пользе полипренолов для здоровья человека. А что такое полипренолы? Откуда их взяли и как они действуют?

По примеру Белгородской области на Ставрополье будет разработана краевая программа перевода сельского хозяйства на биологизированное земледелие.

СТИМИКС — это общее название группы препаратов. Сферу действия  того или иного из них можно понять по второму слову на флакончике, отмечает SK-NEWS.RU .

Свое настороженное отношение к прививкам высказал профессор, д.м.н., невролог, эпилептолог, врач интегративной медицины, руководитель Центр внедрения передовых медицинских технологий «ПланетаМед» Василий Генералов в прямом эфире Инстаграм с блогером Лаурой Батыр.

Руководитель клуба и ведущая семинара - Людмила Александровна Дорофеева, агроном, "природник" со стажем более 25 лет поделилась опытом применения микробных биопрепаратов нового поколения СТИМИКС, которые производит ГК НПО «Биоцентр» в г. Невинномысске.

Бывают случаи, когда при нормальном уровне гемоглобина в крови возникает скрытая анемия. Ее также называют железодефицитной, т.к патология развивается на фоне значительного снижения ферритина в организме.

Библиотека имени В. Маяковского в эфире «Говорим сегодня»
На Ставрополье состоялось открытие 26-й ежегодной акции «Месячник «Белая трость»!
В КБГУ прошло расширенное заседание ученого совета, посвященное 80-летию со дня рождения Валерия Кокова
Достоевский «на слуху» у всех участников краевого лонгмоба!
Стартовала Всероссийская сетевая акция "Белая трость-2021"
Период нахождения иностранного гражданина, получившего РВП, за пределами РФ
Изменения по введенным временным мерам в отношении иностранных граждан
Центр «Доступ плюс» вновь открывает двери!
Состоялась подиум-дискуссия по теме «Профессия – массажист»
Примите участие в переписи населения!
Творческая встреча «Бесконечный поиск истины»
Приглашаем познакомиться с необычными книжными новинками для детей

Мы в социальных сетях


Подписка

Северо-Кавказские новости

Календарь новостей

Октябрь
2021
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
27
28
29
30
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31