Мария и Виктор Котляровы, исследователи из Нальчика, убеждены, что на территории Кабардино-Балкарии в средние века действовал католический монастырь. Об этом сообщил sk-news.ru Виктор Котляров.

Период католической христианизации на Северо-Западном и Центральном Кавказе составляет чуть более двух веков; некоторые ученые очерчивают его еще конкретнее: 1266-1475, исходя в датировке от основания Каффы (ныне Керчь) генуэзцами и ее взятия османской армией.

Генуэзцы (в середине XI века Генуя стала самостоятельным городом-коммуной) создают в эти годы в Крыму и на Северном Кавказе свои колонии, фактории, поселения, многие из которых становятся духовными центрами по распространению католичества. Учреждаются церкви, монастыри, епископские кафедры: в 1333 году - миссионерский учебный монастырь в Каффе, в 1439 году - две епископские и одна архиепископская кафедры.

Мария и Виктор Котляровы убеждены, что этот ряд этот может продолжить католический монастырь, располагавшийся в районе селения Хабаз Кабардино-Балкарии. Опираясь на многочисленные легенды, они выяснили, что продолжающая здесь жить устная традиция основана на преданиях, передаваемых из поколения в поколение. И сегодня известно место (жители называют его «килиса» (Kilise) - то есть, церковь; от греческого «эклессия»), где некогда располагался монастырь (ныне здесь возведена мечеть), причем при строительстве последней был обнаружен средневековый водопровод, найдены обломки каменных крестов. Известно и где находится христианское кладбище, что позволяет установить, кто захоронен в могилах: монахов хоронили в гробах, причем голова умершего должна быть обращена на запад, а ноги на восток. Над могильным холмиком водружали крест - над головой усопшего. Где были установлены последние, сейчас выяснить невозможно - все кресты выкорчеваны и уничтожены.

Судя по всему, пытались уничтожить и главную святыню этих мест - расположенный за селением колоссальный каменный крест, представляющий из себя обтесанную скалу. Левая сторона его (более чем трехметровая) сохранилась практически в первоначальном виде, верхняя - частично повреждена: осыпалась; правая представляет заостренный обрубок, части которого лежат на склоне. Возможно, что частично крест был не вытесан, а возведен из положенных друг на друга плоских камней, между которыми явственно видны следы какого-то скрепляющего материала.

Если взглянуть с высоты птичьего полета - Котляровы пролетали над крестом на вертолете - взору открывается величественное зрелище: труд людей, соорудивших столь величественный христианский символ, поражает воображение.

Искусственность сооружения подтверждает и дорога, идущая от подножия горы: она, как винтовая лестница, огибает крест и подводит к самому основанию святыни, удлиненному за счет лежащего под ним пригорка. Более того, с левой стороны креста имеются выбитые в каменном основании ступеньки - вероятно, они предназначались для священника. Здесь однозначно происходило приобщение местных жителей к таинствам христианства.

Можно ли данный крест интерпретировать как византийский? Использовали ли его впоследствии католики? Какова хотя бы примерная датировка происходившего здесь? На эти вопросы никто еще не попытался дать ответа, хотя католическая версия рассматривалась археологом В. Батчаевым. А дореволюционный исследователь М. Ермоленко в работе «Могилы седой старины Нальчикского округа Терской области», сообщая о находках у аула Кармовский и «аульчика Хабас, приписанном в полицейском отношении к Кармову», предполагал, исходя из небольшого размера могил, «не крестоносцы ли дети сложили здесь свои головы?»

Армавирский ученый Сергей Малахов, комментируя гипотезу Котляровых, сказал следующее: «Сведений о католических монастырях в Центральном Предкавказье и на Центральном Кавказе, тем более в такой глубинной горной части, нет. Рим старался везде открыть епархии, особенно на Северном Кавказе, где были православные аланы, зихи, но кроме декларации намерений и привлечения под свое покровительство некоторой части не очень сведующих в различиях веры между византийским толком и католическим западным исповеданием алан (часто общее название для северокавказского населения в источниках того времени), поскольку в это время резко ослабело влияние Константинополя, католические миссионеры мало что успели сделать. Я не доверяю в полной мере народным легендам -записанные в конце XIX-первой половине ХХ века, они, в большей своей части, несут позднюю информацию, и часто беллетристического в них больше, чем исторического. Тем не менее версия Котляровых, убедительно изложенная ими в статьях «Френки - католики Северного Кавказа» и «Католический монастырь в Хабазе?», интересна и имеет право на жизнь».