Вопрос юристу

Новости: Общество



Национальная идея в самореализации и взаимовыручке, соединении личного и общего: бардак в стране никто не уберет, кроме нас самих

Почему я уважаю Путина и Медведева?

Однако же, долго я шел к пониманию: надо снимать шляпу перед этими людьми. А равно перед всеми правителями Земли Русской, будь то Федор Иоаннович Блаженный или его полный антипод Петр I, ужасные Иоанн Грозный и Иосиф Виссарионович, или «наш Ангел» Александр I, - пишет в своем блоге директор Хабаровской краевой благотворительной общественной организации «Зеленый Дом» Сергей Плешаков.

Это было действительно нелегкое умозаключение, что мне нужно освободить мозги от критики нашего «Дуумвирата» и направить энергию в более мирное русло. Не могу, к сожалению, назвать все источники, благодаря которым мне стало необходимо так думать и действовать. Пожалуй, лишь «Призрак» Бульвера Литтона и приведу в пример. «Призрак» – полная аллегорий повесть о днях Великой французской революции. Главный герой Занони пишет письмо своему другу:

«Мимо меня крадущейся походкой прошел Робеспьер. Его сердце терзали эти внушающие ужас глаза. Я окинул взглядом сверху их Сенат… Кто же, в самом деле, эти будущие строители нового мира? Подобно ученикам, тщетно стремившимся приобщиться к высшему знанию, они посягнули на то, что им не по силам... Я взглянул в трепещущую от страха душу тирана, неуверенно проковылявшего мимо меня. Там, среди развалин тысячи систем, целью которых было достичь добродетели, сидело Преступление и тряслось мелкой дрожью в отчаянии и одиночестве. И все же этот человек единственный Мыслитель, единственный достойный Претендент среди них всех».

Да, господа, среди ненасытных палачей Робеспьер был лучшим – лучшим средь тех французов, что жили в те времена и были способны восстановить утраченную Справедливость. Да, он, возможно, плохо понимал, что есть Справедливость, во имя которой он подписывал приговоры, но кто знал ее лучше? Да, он отклонил Францию от пути к более совершенному государственному устройству, но кто видел путь вернее? Или на его место можно было воткнуть любого санкюлота, не опасаясь за куда более страшные последствия? Или лучше него были термидорианские либералы, что, казнив Робеспьера, ввели культ денег, обжорства и разврата? Наполеон набрал силу едва ли не десятью годами позже и ликвидировал Термидор – и он также был лучшим, на много голов!

Нам надо понять, что те, кого судьба ставит превыше всех, являются наилучшими исполнителями той национальной идеи, что охватывает народ. Здесь два ключевых выражения: «наилучшие исполнители» и «национальная идея». Многих рафинированных интеллигентов возмущает «фенечный» жаргон, что иной раз позволяет себе Путин. Однако идеология либерализма и демократии настоятельно требует проявления едва ли не панибратских отношений с людьми. А панибратство ведет к разделению и языковых особенностей. «Как, – возмущаются интеллигенты, – в стране, богатой культурными традициями, первое лицо призывает «мочить в сортирах»?! Можно подумать, что у нас всякая торговка изъясняется сугубо на языке Достоевского, и каждый таксист поражает своим кругозором, скуки ради интерпретируя взгляды Аристотеля относительно космического устройства. Три года отработав в одной из лучших гимназий города Хабаровска, однажды даже ставшей лучшей гимназией России, я не уверен, что всякий учитель способен поразить таким кругозором и, изъясняясь с коллегами (и подчас учениками), являет образец словесности и такта.

Итак, возведя уровень культурных и бескультурных людей в числитель, после деления на знаменатель мы получим значение Х, т.е. средний культурный уровень, коему и соответствуют в культурном отношении наши правители. Отсюда вывод: если желаете иметь правителя лучшего, то… перестаньте указывать правителям настоящим, как им говорить, что носить, как выглядеть и т.д., ибо это бесполезно. Ругая правителя, вы ругаете САМИХ СЕБЯ, весь народ в целом, усредненным выражением которого является правитель!

Как поднимали значение X

Чем изнывать от злости и бессилия, лучше заниматься делом, тяжелым и неблагодарным, однако же, действительно ведущим к нужному результату – образовывать народные массы! Как только Х будет равен более высокому значению, то кармический механизм, безошибочно творящий справедливость, поставит на место правителя человека более культурного.

Проиллюстрирую. В период междуцарствия, вызванного то ли смертью, то ли добровольной отставкой Александра I (вопрос спорный), декабристы выходят на Сенатскую площадь… и, собственно, стоят, переминаясь с ноги на ногу. Между тем, вроде как замышлялся военный переворот, и действий должно быть масса. Однако, «диктаторы» один за другим отказываются от полномочий, а С. П. Трубецкой, изначально избранный диктатором, вообще не явился на Сенатскую площадь. Затем царские пушки сказали свое веское слово, и от бунта ничего не осталось.

Проблема подавляющего большинства декабристов была в их порядочности. Как следует порядочным людям, они и действовали вначале в рамках закона, и занимались похвальным делом – строили школы в деревнях, просвещали народ и пропагандировали собственным примером благотворительность. Однако же человеку, как водится, нужно все и сразу, и результат ему хочется видеть если не к вечеру, то хотя бы завтра поутру. Поэтому в среде декабристов возникает брожение, а затем движение к смене власти скорым насильственным путем. Как понятно из моей предыдущей мысли, насильственное свержение власти при «статус-кво» народного невежества – действие абсолютно бессмысленное. Потому-то декабристы, привыкшие творить доброе и вечное, стояли тупнями, без всякого внутреннего импульса, и не могли решиться на кровавый путь. Им ведь так и следовало трудиться над косным народным сознанием, а не соблазняться путем скорым и с виду легким. Тогда и изменения в обществе могли бы наступить не в начале ХХ века, а как минимум полувеком ранее.

Скажете, что происшедшее в 1917 году свержение царизма в России конфликтует с моими выводами о бессмысленности смены власти насильственным путем? Отнюдь. Со времени либеральных (в лучшем смысле) реформ, проведенных Александром II, множество образованных людей работали с простым населением. Вспомните хотя бы разночинцев.

Локомотивом вообще-то была отмена крепостного права. Она высвободила крестьян из-под помещиков, давно утвердившихся в мысли, что крестьяне созданы только для того, чтобы кормить и поить лучших представителей русского общества, то есть дворян. Образовывать крепостных, как это делал со своими крестьянами Лев Толстой, помещики не желали.

Однако без помещиков освобожденным крестьянам могло быть еще хуже, чем под ними. На помощь крестьянам с идеей кооперации пришли образованные альтруисты. Вначале это были дворяне, которые при поддержке царского правительства создали систему содействия кооперативному движению и микрокредитования.

Работать с деньгами крестьян учили кредитные инспекторы, а вот с землей – разночинная армия агрономов. Цитирую: «Агрономы, кроме своих прямых обязанностей, выполняли и другие благородные функции – народного просвещения. Лидер движения агрономов-разночинцев Чаянов соглашался, что техническая сторона сельского хозяйства очень важна, но «общественная агрономия» отдает преимущество людям, которые будут внедрять перемены в жизнь; так что предмет изучения этой науки – не столько технический, сколько социальный… Его целью является не земля крестьянина, а его разум: «Желая создать новое земледелие, он [общественный агроном] создает новую человеческую культуру, новое народное сознание и представляет этой новой человеческой культуре самой создать новое земледелие…» (Янни Коцонис. Как крестьян делали отсталыми, с. 163).

Разночинцы-агрономы, народники, а затем и политические революционеры несли необходимую идею кооперации (новую национальную идею) и свет просвещения, которые, будучи верно вложенными в народное сознание, подняли значение Х.

Не могу, правда, сказать, что монархия не пожелала измениться вслед за изменением значения. Однако же, никакой последовательной программы действий самодержавие, увы, не продемонстрировало.

Ко всему, российская элита увлеклась идеями западного либерализма (более близкой ей «нац. идеей»), сплошь стремилась войти в масонские ложи, дабы выслужить зачем-то высокий градус, и разделяла взгляды своих новых духовных хозяев (типа «войны до победного конца» за ради Франции и т.д.). Она не пожелала работать в исторических монархических формах, и монархия осталась без опоры. Опереться на новых людей монархия не могла, так как время, отпущенное на их воспитание, упустила самым бездарным образом. Отчего и оказалась на обочине истории.

Большевики же, опираясь на идеи кооперации и общинности, взращенные в народном сознании, сумели взять власть и утвердить на некоторое время коммунистические кооперативные основы.

Разумный эгоизм или взвешенный альтруизм?

Сегодня мы ограничены настоящим курсом, которого придерживаются правящие либералы, по двум причинам: 1) значение Х народного просвещения/невежества остается неизменным; 2) действующая «национальная идея» все еще привлекательна для национальной элиты, т.е. интеллигенции. Общий знаменатель останется неизменным до тех пор, пока интеллигенция не изменит свое мнение относительно «национальной идеи» и не начнет реально просвещать простой народ.

Что есть наша национальная идея? Будущую нац. идею все ищут с фонарями, а настоящая маячит каждый божий день прямо под носом – паразитирование на ближнем и личное счастье. Именно такова основная нота, на которой денно и нощно наигрывают западные и наши идеологи, на которую отзывается рынок и откликается едва ли не каждое сердце. В этом ряду:

– «купи дешевле (у ближнего), продай дороже (другому ближнему)», а пока они рыдают – наслаждайся жизнью;

– «ты умри сегодня, а я завтра»;

– «надо себя любить»;

– «я хочу пожить для себя»;

и прочия, и разныя…

Объединяет этот ряд единое и основное понятие – эгоизм.

Так отчего мы должны стенать и заламывать руки, видя вакханалию эгоизма во многих его (далеко еще не крайних, заметим) проявлениях? Система, построенная на принципе паразитирования, позволяющая конкретному человеку сосать кровь из людей, логична тем, что навешивает и на него сотни вампиров. Но мы же сами пожелали жить в таком мире, где банальная спекуляция является основной экономической деятельностью для миллионов людей. И правители, которые наиболее удачно соответствуют данной национальной идее, делают все верно – мне не в чем их, при ближайшем рассмотрении, упрекнуть. Даже в том, что страна день ото дня слабеет и вполне готова к поглощению более сильными государствами-вампирами – это наш общий выбор, который по сей день неизменен, и я отдаю ему должное.

Я часто читаю в соцсетях и на блогах призывы к свержению существующей власти. На один из них ответил примерно следующим образом: «Менять власть все равно, что менять держателей борделей, имея целью уничтожить проституцию. Чтобы убрать проституцию, нужно изменить к ней отношение в народе, сделать данную услугу невозможной из-за народной обструкции. Тогда публичные дома автоматом позакрываются.

Так же и с властью – убери этих, поставь других... Сие – механика. Народ желает по-прежнему купить за рупь, продать за два, желает паразитировать, не работать, выиграть все в рулетку, разбогатеть в 3 дня... Ну, так под эти идеи (точнее, под их развенчание) у нас и существует «дуумвират». Вот если все захотят получать доходы только по труду, работать не единолично, а в коллективе, на первое место ставить интересы общества, а личные – на второе, тогда и власть сменится едва ли не автоматически, потому что старая не будет удовлетворять изменившимся потребностям. Не призывайте к заранее невозможному делу – при неизменном народном невежестве просвещенный правитель будет столь же востребован, сколь сочинения Платона в означенном борделе».

В общем, нашим правителям, пока паразитирование является нац. идеей, за свою власть беспокоиться не стоит. С другой стороны, мы можем запросто лишиться страны, места не только для проживания, но и для любви, самореализации, продолжения рода… Надо что-то делать – это едва ли не общий вывод мыслящих людей.

Решение может быть каким угодно оригинальным, но оно обязательно должно выходить из ряда альтруизма и диктовать не борьбу с властью, а многолетнюю работу с населением.

Почему многолетнюю? Судите сами: на изгнание англичан у народа Индии во главе с вдохновителем Ганди ушло около полувека – именно столько потребовалось времени, чтобы выросли люди, готовые лично участвовать в Освобождении. Большевики справились за меньшее количество времени, но они опирались на работу, проделанную в народе дворянами, народниками и разночинцами (примерно с начала 70-х годов XIX века), а также использовали результаты подрывной деятельности эсеров и либералов.

Хотя 5 десятков лет не должны пугать настоящих патриотов, потому как в век мобильной связи и высоких скоростей время существенно сокращается, тем не менее, на 5 лет тоже можно не рассчитывать – человеческое сознание растет медленно.

Власти бы тоже не настраиваться на глушение и противостояние, потому как при грамотном подходе она всегда может подстроиться под народные запросы и изменить форму, modus operandy… вообще измениться.

Меж тем, процесс смены одной нац. идеи на другую идет полным ходом. Все больше мыслящих людей убеждается в гибельности «разумного эгоизма» как критерия жизни, в качестве основы для социального строительства и экономики. Но пока мало тех, кто от осознания перешел к делу, предложил и внедрил ту или иную модель работы с населением, показал, как можно добиваться успеха не эгоистическим, индивидуальным, но альтруистическим и коллективным путем.

Корифеи маленьких общих дел

Думаю, многие согласны, что надрывать глотки на митингах и таскать транспаранты по центральным городским улицам – это даже не прошлый, а позапрошлый век и не «цепляет» современников. Новое никогда не ходит старыми путями.

Также многие согласны с тем, что для возрождения страны необходимо движение к объединению, превращению населения в народ (1). Отмечу только, что вряд ли это движение когда-нибудь захватит всю интеллигенцию, потому как объединиться на умственных концепциях, ограниченных существующим усредненным «научным» мировоззрением, труднее всего… даже, думаю, невозможно (впрочем, большевиков в свое время это никак не смущало). Тем не менее, небольшие группы интеллигенции все же могут объединиться, и если это произойдет, сила их мысли, транслирующая новую нац. идею, и объединенная воля рано или поздно притянут к себе народ.

На чем может произойти объединение? Многие говорят, что на некоем Общем Деле, понимании Общего Блага, и т.д. Не буду спорить, возможно, так все и есть, но прежде чем некое Общее Дело охватит всех и вся и будет всем понятно, оно должно быть растолковано каждому человеку. Причем, не столько теоретически, сколько практически.

Прежде чем дерево стало большим, оно было маленьким. Равным образом это относится и к Общему Делу. Полагаю, что Общее Дело не обязательно огромный единый процесс, которым все с утра до вечера заняты, имеющий единую идеологию, руководство, финансирование и т.д. Для Общего Дела в начальной стадии вполне достаточно общих принципов, по которым могут идти маленькие дела, пусть даже между собой никак и не связанные.

Остается увидеть, есть ли в обозримом пространстве группа интеллигенции, которая занимается маленькими общими делами с простым населением? Вы, быть может, будете удивлены, но она есть, хотя пока и не востребована нашей властью. Это некоммерческий сектор, представленный тысячами некоммерческих организаций (НКО), созданных, в основном, представителями интеллигенции для решения проблем, не решаемых властью.

Здесь, думаю, необходим определенный ликбез для неподготовленного читателя. Сектор – суть производное модной в конце 90-х годов социологической модели, по которой в любой «продвинутой» стране действующие силы можно разбить на 3 сектора: власть, бизнес и НКО. Причем, «продвинутые» страны тем и отличаются от «не продвинутых», что сектора в них уравновешивают друг друга, т.е. достаточно развиты.

В СССР, к примеру, власть была основным сектором, бизнес был невозможен, а некоммерческие организации, вроде комсомола, ДОСААФ и Общества охраны природы, по сути, были вторым эшелоном правящей партии. В современной России появился и легитимизировался в общественном сознании сектор бизнеса. Третий (некоммерческий) сектор, вроде, также существует, но в зачаточном состоянии и в медиа-пространстве обозначен пока слабо. Власть ранее не замечала НКО, и они росли, в основном, на средства зарубежных фондов, коих без числа и на все случаи жизни.

Алгоритм эволюции НКО следующий. Сначала это инициативная группа из 2-3 человек, которые объединяются для проведения небольшого мероприятия: сделать вечер для ветеранов, фестиваль для детей-инвалидов, отсудить территорию у владельцев самовольно поставленных гаражей…

Если мероприятия следуют одно за другим, появляется потребность в узаконивании отношений с клиентами (если суд выиграли, то придут за помощью люди из соседних домов) и донорами – организациями, выделяющими средства на благотворительные цели (они хотят работать с юридическими лицами, чтобы оправдать перед контролирующими органами трату средств). Инициативная группа регистрируется в форме НКО; сотрудники сочетают работу в НКО на волонтерской или частично-возмездной основе с занятостью по основному месту работы – это полупрофессиональная организация.

Если команда успешна, востребована, имеет большой опыт проектно-сервисной деятельности, налаженные связи с властью и крупным бизнесом, в общем, устойчивое финансирование, то рано или поздно вопрос встает «или-или», и сотрудники один за другим переходят на постоянную работу в НКО – так появляется профессиональная НКО.

Организаций последнего типа, действительно созданных инициативой «снизу» и прошедших весь трудный путь энкаошной эволюции, очень мало. Некоторые НКО, специализирующиеся на услугах, открывают коммерческие фирмы и прекращают общение с некоммерческим сектором. Другие, предоставляющие не монетизируемые услуги, выживают пока только (или преимущественно) благодаря поддержке зарубежных фондов. Есть, конечно, исключения, но они только подтверждают правило.

Полупрофессиональных организаций – тысячи, а инициативных групп вообще без счета. Решили вы двор с жильцами в порядок привести: собрались группкой, наметили, как людей в дело вовлечь, организовали субботник – ваша инициативная группа родилась. Глядишь, через пару лет из нее ТСЖ вырастет, или даже ТОС (территориальное общественное самоуправление). Или не вырастет, и инициативная группа распадется.

Почему НКО наиболее соответствуют задаче просвещения и объединения населения? Потому что изначально «заточены» под нее. Реальные, не суррогатные НКО вышли из населения и близки ему, говорят на его языке. Множество инициатив НКО направлены на объединение людей для совместного решения проблем. НКО являются генераторами идей: как сделать, каким образом, где найти средства… Сотрудники одной НКО занимаются с детьми из пьющих семей, песни с ними поют, уроки делают, горе-родителей усовествляют. Другая НКО работает с инвалидами, помогает им адаптироваться в обществе, найти работу, создать семью. Третья – учит сельских глав разбираться в правовом поле, писать нормативные акты, общаться с населением. Четвертая защищает права жильцов на реальную, а не выдуманную, оплату услуг ЖКХ и ликвидирует их правовую безграмотность…

Диапазон применимости НКО колоссален – от проведения детских утренников до менеджмента государственных программ и развития международных отношений. Все дело в составе команды, интересе и времени. При нормальных условиях иная инициативная группа способна в среднем за 7-10 лет стать профессиональной НКО, выступать методическим и ресурсным центром для населения, власти и бизнеса по своему направлению. Эх, если бы это еще было надо нашей власти...

НКО и власть

По какой причине власть в реальной практике не содействует росту полу-профессиональных и профессиональных организаций (2)? Проблема в том, что пока власть видит в НКО… конкурентов.

Во-первых, общественники делают реальные дела. На этом поприще они стяжают опыт, успех и признание. Недавний казус «Правого дела» показал это более чем отчетливо: не Прохоров, не Пугачева, а Ройзман, председатель некоммерческого фонда, стал причиной стремительной популярности и столь же стремительной утраты интереса к этой партии. Его «Город без наркотиков» – профессиональная НКО, за которой дело, нужное всем здравомыслящим людям, и с ним этот фонд уже сейчас справляется успешнее федерального Наркоконтроля. Сегодня многие профессиональные НКО способны выполнять ряд полномочий местной и государственной власти лучше, чем власть. Чиновникам бы пользоваться этим и на условиях аутсорсинга передавать НКО «завальные» направления, т.е. отдавать бюджетные деньги на реализацию силами НКО полномочий местной и гос. власти. Но чиновники привыкли все делать сами.

Во-вторых, и тут надо отдать должное американским и европейским фондам, деятельность НКО структурирована, причем так, что этому могут позавидовать наши власти: цели, задачи, результаты, план мероприятий, целевой бюджет, индикаторы, прозрачная отчетность… Заметьте: законодательство сейчас требует, чтобы наша власть работала именно таким образом, применяя программно-проектный подход, к чему там уже лет пять как стремятся, да все больше на словах. А НКО уже работают! Ну не конкуренты ли?

В-третьих, общественники составляют цвет интеллигенции, все грамотные, зажать в угол их трудно, в суде без адвокатов обходятся. Для власти же не ум главное, а лояльность. Но с энкаошниками трудно договориться о чем-то, что было бы против их убеждений. Так что настоящие общественники – неподходящий народец для «распилов» и других сделок с совестью.

В-четвертых, некоммерческий сектор владеет эффективными социальными технологиями, будь то создание команд или подготовка отдельных лидеров, проведение кампаний по защите прав групп населения или pr-продвижение отдельного продукта, плюс способен генерировать при необходимости новые. В бывшей Югославии, на Украине и в Грузии на острие борьбы с действовавшими режимами были (если верить прессе и той же власти) некоммерческие организации, профинансированные западными фондами. Российские НКО к «оранжевым революциям» отношения не имели вовсе, однако «попали под раздачу» за одну потенциальность: технологиями владеете, с людьми работать умеете, стало быть – можете. Грязью марать ведь очень просто.

В-пятых, энкаошники не переходили из одной социальной группы в другую, поэтому не утеряли доверия людей. Если лидеры НКО в России поставят себе задачу занять выборные места, они это сделают без особых проблем (при нормальных условиях, разумеется: без препон и шулерства со стороны власти и откровенного бандитизма – от конкурентов) – язык подвешен, и люди его понимают, дела говорят сами за себя. Многие опытные общественники – готовые сити-менеджеры, способные оживить и поднять муниципальный уровень. Казалось бы, привлекай и получай результат… ан, конкуренты!

В-шестых, НКО являются индикаторами социальных проблем, «противопожарной сигнализацией». И этот аспект, кажется, наиболее неприятен власти. НКО, признаете вы это или нет, являются последней линией обороны общества: когда смолкнет голос правозащитников, экологов и других общественников – можете сушить весла, приехали.

«Братцы, – вскричали в Кремле, осознав все это, – караул!»

Но, наконец-то разглядев НКО, вместо того чтобы идти курсом сближения с ними через привлечение общественников к решению вопросов всех уровней, власть пошла по пути демонизации НКО (тогда и появились «грантоеды», «грантососы», «они шакалят деньги» – «понятия», растиражированные дружественной к власти блогосферой и СМИ), а также создания для них максимальных неудобств в правовом поле.

К вопросу о деньгах. Он всегда был уязвимым местом для некоммерческого сектора – сделать для страны, для людей, для своей малой Родины хочется многое, да где было взять денег, если власть их попросту не давала? ТУПО НЕ ДАВАЛА!!!. Подписанное в начале 90-х соглашение «Гор – Черномырдин» официально открыло в страну путь для западных фондов. Выбора особенного не было: не можешь найти денег на месте – участвуй в конкурсах, выигрывай и делай свое маленькое дело. Никто из общественников и знать не знал, что работать на зарубежные деньги не есть хорошо. Потому что все было и есть правильно, строго по закону: договоры с донорами, печати-подписи, прозрачная отчетность, открытость перед контролирующими органами… В конце концов, деньги хоть на «оранжевые», хоть на серо-буро-малиновые революции «вбелую», думаю, никогда и не шли – уж не фигурантам «дела с ксероксной коробкой» мне это рассказывать.

С другой стороны, с 2006 года начали выделяться государственные средства на конкурсы проектов НКО, около миллиарда в год. Но чем дальше, тем сложнее НКО, выросшим на зарубежном финансировании, их получить (3) – ныне власть формирует новый некоммерческий сектор, под себя. Однако вряд ли у нее это получится. Можно наделать суррогатных НКО, и они будут успешно поглощать выделенные под такой род организаций государственные деньги. Но, по сути, эти НКО будут только на бумаге – ведь энкаошников двигают внутренние стойкие побуждения, которых нет у псевдо-общественников. Следовательно, им не удастся окружить свои «скелеты» «плотью» населения. Откажутся с ними работать и донорские организации – деньги съели, а где результаты-то?

Роль общественности в истории

Общественность – понятие размытое, абстрактное; в жизни страны играет роль даже не второго плана, а декораций. Почему? Люди знают власть, потому что она занимается своим делом, управлением; плохо или хорошо – вопрос второй. Люди знают бизнес, потому что он также занимается своим делом – производит продукцию и услуги. Чем же занимается общественность, мыслящая социально активная интеллигенция? Сколь ни ломал голову, но четко понять ее роль так и не смог.

Поставлю вопрос по-другому: чем должна заниматься передовая часть российской интеллигенции? Предлагаю взглянуть ретроспективно – надеюсь, никто не будет спорить, что интеллигенция появилась не вчера? В классической теории («Государство» Платона) лучшая часть умственно развитой и честолюбивой интеллигенции составляет сословие Стражей. Чем занимаются Стражи? Они не управляют народом, – установив основы самоуправления, они просвещают и воспитывают народ. В должном образом воспитанном народе не прививаются пороки, и царит порядок ­– цитирую Платона, не дословно. Во всяком случае, порочные люди успеха в таком народе не имеют – не то, что сейчас. Напротив, преступники сами находятся под контролем Стражей, влачат рабское состояние – они лишены имущества и занимаются на землях Стражей принудительным трудом. Итак, наверху Философ-правитель, затем Стражи, третьим сословием – простой народ и последним рабы-преступники.

Платоновская схема государственного устройства была широко распространена в древности. Закостенелые формы 4-х сословий навеки запечатлелись в Индии, с тем только изменением, что в доисторические (для нас) периоды наверху социальной лестницы были не брамины, как сейчас, а воины (Стражи!) Кшатрии, подчинявшиеся Риши (мудрецам-Философам). Кшатрии своим примером и словом укрепляли религиозность и этические нормы в народе-вайшиях.

Остатки платоновской схемы находим в Спарте, где, хотя власть имели цари, но над ними стояли Эфоры-философы. Стражи-Спартанцы (спартиаты) малым числом, но великой сплоченностью удерживали в подчинении народ – илотов (по поводу последних историки убеждены, что они были завоёванным и обращенным в рабство народом; однако, таким же «завоеванным народом» были русские крепостные). Ликурговская реформа, превратившая Спартанцев из творческой интеллигенции в профессиональных воинов, была вызвана внутренними раздорами и начавшимся разложением спартанской общины. Чем же занимались Спартанцы? Да тем же, чем Стражи и Кшатрии: воспитывали народ – доколе можно было, то словом и примером, а когда стало нельзя, то мечом. Преступников в Спарте, по-моему, не было – не выживали…

Я могу приводить примеры еще и еще: др. Крит, др. Египет, ванский Китай, Шумеро-Аккад и… даже Русь-Матушка, в «Правде Ярослава» которой обнаруживаются «черепки» основных сословий. Речь в том, что древняя интеллигенция выполняла важнейшую государственную функцию: она ВОСПИТЫВАЛА и ОБЪЕДИНЯЛА народ, транслируя в него национальную идею, была стражем порядочности, патриотизма, религиозности, духовности!

И это та работа, которой должна заниматься наша интеллигенция. Она должна поднимать значение Х – некому больше!!! И пока мы самоустраняемся от этого, мы обречены иметь дело с народным невежеством, на почве которого живет и здравствует негативная национальная идея, которой вполне соответствует наша власть – нравится она нам или не нравится.

Сегодня наш некоммерческий сектор аморфен, размыт, подобен куче лодок на волнах бушующего моря, каждая из которых спасается сама по себе. Но главная проблема не в этом, а в отсутствии Миссии и осознания той самой Роли, Работы, которая должна принадлежать только Третьему сектору, как управление принадлежит Власти, а производство товаров и услуг принадлежит Бизнесу. Эта Миссия обозначена выше: просвещать и объединять народ. Если весомая часть НКО признает ее главной и выстроит свою деятельность в таком ключе, то Третий сектор рано или поздно состоится. Стало быть, и государство станет более устойчивым. Отсюда, власти прямая забота содействовать становлению и профессионализации некоммерческого сектора.

Как просвещать? Разумеется, не методом обучения грамоте. Однако, через все то же хождение в народ – писать статьи и книжки недостаточно, нужен непосредственный контакт с людьми.

Просвещать же нужно относительно вещей банальных, ясных как Божий день.

Что бардак в стране никто не уберет, кроме нас самих – не ругайте власть (без толку), убирайте бардак вокруг себя! Этот бардак – следствие эгоизма. Если все будут жить для себя и за счет других, то мы всегда будем нищими и несчастными. Желаете самореализации (в бизнесе, в семье, в карьере, науке, религии)? Заметьте, все ее желают, ибо тускло жить без цели на земле. Стало быть, у нас есть общее, на чем мы можем объединиться. Вы думаете, что будущая национальная идея неизвестна, потому что она сложна? Она проста: самореализация и взаимовыручка, соединение личного и общего. Все народы, оставившие след в веках, поднимались благодаря ей, а в силу забвения прописных истин исчезали с лица земли.

И что вы думаете: вот вы придете к людям, скажете все это, и все будут счастливы, потому что увидят путь? Как бы не так. Это все теория, и она никого не побудит тронуться с места. Теория лишь практикой сильна. Я обещал примеры малых дел интеллигенции в народе – вот они.

Трое женщин в деревне, не считая НКО

Иркутская область, поселок Березовый. От былого населения в 2 000 человек осталось около 350. Социальная апатия, алкоголизм, нищета. Если бы не несколько удивительных женщин, то ситуация и дальше шла бы по наклонной. Староста поселка, заведующая клубом и директор местной школы – это люди, которые не смирились с безрадостной действительностью. Организовали женсовет, сделали местный клуб центром жизни поселка.

В конце 2006 года Свирск стал площадкой для некоммерческого фонда «Возрождение Земли Сибирской» (г. Иркутск), сотрудники которого задались целью доказать, что при помощи социальных технологий, небольших денег и большого желания можно за 3-4 года добиться социально-экономического эффекта в депрессивном муниципальном образовании.

Инициативная группа из Березового воспользовалась шансом и получила грант от Фонда на свой первый проект «Весёлая полянка». Одновременно заявили поселок местом проведения районного молодежного добровольческого лагеря, организовали волонтеров из молодежи. «Доброград на Ангаре» стал с этого времени традиционно проводиться в Березовом.

Добровольческий лагерь, восемь выполненных социальных проектов по благоустройству поселка, ремонту клуба, организации досуга местной ребятни, созданию вокального ансамбля «Завалинка», объединившего пожилых людей, – это далеко не полный перечень того, что сделали активисты поселка. Самым большим событием стало создание мемориала погибшим в Великой Отечественной войне. Трудились всем поселком. Сколько, полагаете, «освоили» миллионов? 8 тысяч рублей. А миллионы – столько стоит человеческая инициатива, энергия объединенного сообщества.

В добровольно умирающее село лезет депрессия, в разбуженное – инвестиции. В Березовом скоро будет создано новое предприятие по деревопереработке. Значит, поселок будет жить!

Резюме? И трое женщин в деревне могут быть воинами, когда НКО «рулит» процессом.

Сельская перманентная революция

Село Нагорное Пожарского района Приморского края. В сельском бюджете аж 40 тысяч в год на благоустройство, привозная вода, разрозненное население.

Когда в село приехали сотрудники некоммерческой организации «Первоцвет» и предложили участвовать в программе по самоуправлению, инициативная группа (глава, депутат, несколько мужчин-хозяев) подала на конкурс обычный сельский проект. Вольно гуляющее стадо коров с личных подсобных хозяйств потравливало огороды. Двадцать мужиков решили объединиться и огородить пастбище. Решили – и сделали. Вторая половина села на следующий год сделала еще одно пастбище, как по кальке, но без гранта – скинулись.

Следующим проектом один из ответственных мужчин создал бригаду из молодежи по заготовке сена. «Первоцвет» ходатайствовал перед координатором программы: в селе зреет революция (в хорошем смысле), надо поддерживать. На купленной по гранту сенокосилке бригада теперь каждый год заготавливает сено для всех нагорненцев – с 30% скидкой. Попутно окашивает местные улицы, помогает школе с пахотой – у тех свой проект, школьный огород.

Наконец, то ли местная Аврора промычала, то ли жареный петух прокукарекал – «революция» началась. Треть села объединилась и решила ликвидировать проблему привозной воды. Это была реальная проблема, когда в себестоимости литра молока треть составляла плата за воду. Грант был мизерным, затраты огромными: рыть траншеи на глубину промерзания – удовольствие не из дешевых. Подрядчик заломил порядка 2 миллионов. Решили все делать сами. Собрали от 3 до 8 тысяч со двора, где-то нашли подешевле трубы, в другом месте старые бетонные кольца для колодцев, наняли экскаватор… Работа началась.

Первая вода пошла через 3 месяца. А «революция» длилась еще 2 года. За все это время было брошено 3,5 километра водопровода, установлено и оборудовано 25 водораспределительных колодцев. Трудились почти все нагорненские семьи. Работа минимальной стоимостью 8 миллионов рублей была выполнена за 1,1 миллион рублей, из которых грант не дотягивал до третьей части – остальное за счет самообложения. А что есть разница между коммерческой стоимостью проекта и реальной, т.е. почти 7 миллионов рублей? Это есть как бы стоимость все той же человеческой инициативы и энергии объединенного сообщества, на деле бесценных.

Сегодня в Нагорном цены на жилье – самые высокие в районе. Впрочем, население не уезжает, начался прирост. Теперь село обсуждает новый большой бизнес-проект… Пока не буду говорить, какой. «Революция» становится нормой жизни?

Перезагрузка местного значения

Село Шереметьево Вяземского района Хабаровского края. Жителей под 800 человек, сельхозпредприятие (обломок совхоза) закрылось в прошлом году. Работы нет! Уровень жизни 90% населения отброшен за порог бедности. Инвесторы в село не стремились: до Хабаровска 150 км, пограничная зона, отсутствие мобильной связи, депрессняк…

Наша некоммерческая организация «Зеленый Дом» предложила селу растить своих инвесторов. Несколько инициативных групп выдвинули на обсуждение свои бизнес-планы: молокозавод, колбасный цех… Из пушки – в космос, короче. Семья фермеров предложила организовать небольшой цех мясных полуфабрикатов – в пределах разумного, в помощниках 20 человек волонтеров. Получив небольшой грант, люди рьяно приступили к работе. Если бы они знали, к какой! Помещение ремонтировали и устанавливали оборудование 4 месяца, проходили согласования 9 месяцев. На запуск производства потратили средств в 2,25 раз меньше, чем на преодоление административных барьеров.

Основная бизнес-идея: продукция только из местного мяса. В регионе, где сельское хозяйство убито сверхдешевыми китайскими мясом и овощами, это был выигрышный тренд – 20% населения, составляющего средний класс, желало покупать местную продукцию, пусть и значительно дороже: no China!

В кооперативе начались проблемы с работниками: мясо потащили на сторону (колхоз форевер!), дисциплины – ноль, безответственность. Пошли конфликты, текучка, производство стало разваливаться... сгорел дом фермеров. Но они по-прежнему твердо держали свою линию, хоть работники «стучали» в ОБЭП и прокуратуру. Высокая себестоимость продукции не позволяла получить хорошую маржу и достойно платить людям. Но они-то этого понимать не желали!

Долго ли, коротко – нарисовались рейдеры. Схема незатейлива. Все ее участники живы и здоровы, поэтому расписывать ничего не буду. Гораздо более важно то, что их действия не нанесли бы вреда кооперативу, если бы в нем и вокруг него были мир и согласие. Когда действия рейдеров выбили оборотные средства, кооператив вначале перестал выплачивать долги населению за реализацию, а затем и вовсе встал перед угрозой ликвидации.

И вот только тогда началась перезагрузка. Районная власть объединилась с НКО и совместно отстаивала кооператив перед кредиторами, работала с общественным мнением. Кооперативу были даны небольшие оборотные средства. Изменения начались и в селе. Великая дрязга вокруг кооператива, слухи и сплетни – то, благодаря чему возникла угроза закрытия предприятия, начали стихать. Потому что люди поняли: если будет убито последнее предприятие в селе, от этого никто не выиграет. Кооператив стал выступать для людей объединителем. Коллектив значительно обновился и вдвое вырос, рабочая атмосфера не хуже, чем в советских фильмах о великих стройках: энтузиазм, сплоченность, трудолюбие, ответственность. Перспективы отличные; в цеху только лепщиков пельменей 10 человек, и можно в течение года увеличить их число вдвое! И для села, да и других деревень в районе кооператив – суть канал сбыта местной продукции. А значит, роста хозяйств и доходов.

Общественный конкордат

Какие выводы можно сделать из этих трех историй? Прежде всего, не подумайте, что все эти проекты случились сами по себе. В том же Нагорном проблему с водой решали 100 лет (столько лет селу было на момент начала «водопроводного» проекта). Безусловно, лидеры в селах должны были быть, чтобы проекты состоялись. Но они были бы невозможны вне системы, каковой являлись некоммерческие программы, и без сопровождения от НКО.

Во всех трех историях работа велась не только с сельской интеллигенцией, но с простым населением. Чем можно «зацепить» простых людей? Да много чем, только ворохни рой проблем. От проблемы идет идея, от идеи проект, и пошло-поехало. Главное – вместе, сообща: хоть площадку для детей строить, хоть бизнес развивать. На таких проектах люди объединяются и самореализуются – то, что надо, собственно.

Спросите: откуда деньги взялись на озвученные и многие другие проекты? Сначала отмечу, что процент средств, привлеченных для реализации проектов через НКО, был не столь большой – остальные ресурсы люди нашли сами. Чаще всего свое финансирование НКО использует только «для запала» – на большее его не хватает. Деньги во всех трех случаях привлекли на свои территории профессиональные НКО: Сибирский центр поддержки общественных инициатив из Новосибирска в партнерстве с сетью региональных НКО в Сибирском федеральном округе (программа «Эффект присутствия») и наша организация – ХКБОО «Зеленый Дом», в партнерстве с сетью районных НКО (программы «Сообщества и Альянсы на муниципальном уровне» и «Активизация предпринимательской деятельности»). Донорами программ выступили АМР США и Фонд Форда, США.

Российские средства? Да множество городских и районных целевых программ уже работают, и десятка два региональных программ поддержки социально-ориентированных НКО начнутся в этом году или следующем. Мне же более всего приятно, что также будут запущены одна-две региональные программы по сельскому развитию с участием НКО.

Многие НКО научились сотрудничать с бизнесом, проводя благотворительные акции, балы, совместные проекты. И население помогает, если у НКО получается донести до него свой голос.

И все же когда речь идет о проектах относительно крупных, вроде проекта из Нагорного, или, того более, о серии таких проектов – стало быть, о программе, то ни бизнес, исключая малодоступных олигархов, ни население таких средств дать не смогут. Остается один источник – бюджеты власти всех уровней. Финансовые «краны» этих бюджетов хотя и поворачиваются, но с большим скрипом.

Что могло бы ускорить процесс разворота власти к НКО, а через НКО – к народу? Протест? Наша организация не поддерживала протестные акции в своем регионе, не поддерживает их в России вообще. Одна из причин уже известна: воевать с властью то же самое, что воевать с народом, потому что власть не с Марса, а из людей вокруг нас. Вторая причина вытекает из посыла необходимости работы с населением, на это нужны деньги. В течение ряда лет мы замещали российские средства иностранными, но всему рано или поздно приходит конец. Российские же средства под контролем у власти. Стало быть, протестовать бессмысленно вдвойне. При этом я имею в виду власть центральную: «дуумвират», полномочные, губернаторы. Ведь если дело касается злоупотреблений власти на местах, мы не молчим.

Ускорить разворот власти на НКО мог бы общественный договор, своего рода конкордат. В свое время Наполеон заключил конкордат с Папой римским, которого загнал на Сицилию и превосходно обошелся бы и без него, да не мог обойтись французский народ. Тогда был заключен договор, по которому все стороны получили желаемое: народ – священников и спасение от «мук ада», папа – территорию, которую уже считал потерянной, а Наполеон – народное спокойствие.

Общественный конкордат между Президентом России и некоммерческим сектором мог бы дать то же самое: интеллигенция, втянутая в Третий сектор, перестала бы «мутить» народ и занялась нужным делом, от которого все бы выиграли: люди получили бы шанс на самореализацию и рабочие места, органы местного самоуправления – решение многих вопросов местного значения руками самого населения при минимальных бюджетных затратах, региональная и федеральная власти – кузницу кадров на местах и умиротворенность людей.

__________________________________________________________________

(1) Американцы как-то у меня спрашивали, почему мы не употребляем слово «сообщество», когда ведем речь о населении небольших поселков и деревень – они же, мол, являются сообществами жителей? В США говорят settlement (поселок), подразумевают community («сообщество»). А потому не употребляем, что у нас нет сообществ, а есть поселения, у нас нет народа, а есть население – разрозненное, каждый сам за себя…

(2) В «президентских» грантах, последние несколько лет доступных для НКО, бюджеты выигравших проектов намеренно обрезаются на фонд оплаты труда – ну вы же волонтеры! вы же за бесплатно все должны делать! вы же такие добрые! На самом деле, таким образом создаются препятствия для превращения полу-профессиональных НКО в профессиональные – еще чего, конкурентов плодить…

(3) Особенно это ярко проявилось в ходе конкурса «Господдержка НКО-2010-2011», когда деньги получали в основном организации, зарегистрированные всего пару-тройку лет назад.

Полный вариант статьи на блоге автора http://gidepark.ru/user/4116225632/article/415590


Комментарии

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Микробные ЭМ-препараты серии СТИМИКС, выпускаемые в Невинномысске на Ставрополье, оказались сильными антиоксидантами и действуют на растения, как весенняя талая вода, стимулируя их рост

Микробиолог из Невинномысска Александр Харченко 28 ноября в РАЕН (Москва) удостоен международной премии «EcoWorld-2018» за создание эффективного микробного препарата от фитофтороза Фитостим К+Т, сообщает SK-NEWS.RU .

Как получить хороший урожай картошки без колорадского жука, избавить помидоры от фитофторы, а деревья от разных хворей при помощи Стимиксов – эффективных микроорганизмов из Невинномысска, рассказывает автор этих препаратов, ученый-микробиолог Александр Харченко.

Происходит это, по словам представителя ОНФ, в основном до обеда, когда жители республики едут на учебу и работу или бегут на обед.

Благотворительный проект «Дари еду!» ищет партнеров в Ставрополе среди НКО для помощи продуктами питания людям в сложной жизненной ситуации.

Активный популяризатор природного земледелия Борис Андреевич Бублик в условиях Харьковской области, когда был жив, сажал чеснок в интервале с 15 по 25 сентября, пересказывает  SK-NEWS.RU видеосюжет, прикрепленный ниже.

Международный научно-образовательный проект «Искусство ведения переговоров, дебатов, публичных выступлений в мультикультурной среде» - ProОраторство, реализуемый общественной организацией из Невинномысска, назван в числе наиболее успешных, и медийных проектов из поддержанных Фондом поддержки публичной дипломатии им. А.М. Горчакова, сообщает SK-NEWS.RU .

Добровольчество рядом
Делайте мир счастливее! Дарите добро!
Добровольчество рядом
Осознанная помощь
ВОЛОНТЁРСТВО – СТИЛЬ ЖИЗНИ МОЛОДЫХ
Жизнь – Бумеранг
Крылья надежд
Елка Желаний
✨ЧЕТВЁРТАЯ ДАРИТ СЧАСТЬЕ✨
Добровольчество рядом
Музыка в наших руках
Продолжаем публиковать материалы о добровольчестве, как явлении, о добровольцах и их добрых делах, несущих свет и облегчение людям, нуждающимся в помощи.

Видео лента

Мы в социальных сетях


Подписка

Северо-Кавказские новости

Календарь новостей

Январь
2019
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
31
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
1
2
3