Дорогая Евдокия Тимофеевна!

Я давно не заходила во двор дома в родном Нальчике по проспекту Ленина, 18. Мне кажется, что если я туда зайду, то разрушу что-то неуловимое, что-то дорогое. Странное ощущение, но это так. Зато мысленно я иногда бываю в этом дворе, пишет главный редактор отдела информации Радио КБР Ольга Мальбахова.

Вон на третьем этаже квартира моей бабушки Лизы – маминой мамы. Входная дверь всегда открыта, но я все равно крутану смешной звонок, похожий на велосипедный: «Баба Лиза! Это я!».

Дед Павлик тоже тут: он готовит украинский борщ и приговаривает: «Твоя мать никогда не сварит такой борщ, как я!». А баба Лиза зовет пить чай – она уже поставила большую кружку и налила в розетку клубничное варенье …

 На четвертом этаже - наша квартира и мама всегда смотрит мне вслед, когда я иду на работу.. Вдруг она и сейчас там? Я понимаю, что это все иллюзии, но не хочу их разрушать. Рядом с нашим балконом утопает в цветах соседний. Там живет моя любимая соседка Евдокия Тимофеевна. Она врач-гинеколог, к ней стремятся попасть многие женщины, она – профессионал своего дела.

На работу ездит на светлом "Москвиче", а иногда за рулем ее муж – замечательный врач Ким Дазоевич Моргоев. Поразительную верность и преданность своей единственной и неповторимой жене пронес он до конца дней…

Но это на работе они профессионалы, а во дворе – это соседи, которых я полюбила всей душой за их отношение к жизни, простой, но изысканный быт, за человечность. Как-то я подобрала котенка на улице и Моргоевы (так мы называли соседей) забрали малыша себе. Это оказалась кошечка - Мурка. Через некоторое время Мурка пропала бесследно – Ким Дазоевич разрешал ей гулять, и он же потом ее искал больше года каждый день. И тут его верность превзошла все пределы. Такой уж он был человек, верный тем, кого любил.

А Евдокия Тимофеевна была творческой личностью – она умела все: шить, вязать, вышивать, рисовать… А как она готовила рулет с орехами!

Евдокия Тимофеевна научила меня вышивать на вязаных вещах – это было необычно и красиво. А еще мы любили петь!!!

Я немного играла на гитаре, однажды Евдокия Тимофеевна спросила: «А почему ты не поешь романсы?». И я выучила несколько романсов, и когда приходила к ней в гости, мы пели «Окрасился месяц багрянцем…».

А потом Евдокия Тимофеевна рассказывала про свою жизнь и плакала, ей пришлось многое перенести. И я плакала, мне было жалко ребенка, на долю которого выпало не самое беззаботное детство… Но мы много и смеялись – чувство юмора у Евдокии Тимофеевны было прекрасное.

Время наших встреч мы называли «Сыр по пятницам» – раз в неделю обязательные посиделки с вязанием, чаем, рулетом и разговорами, которые никогда не кончались…. Мы знали друг про друга все и даже шутили: надо бы пробить дверь в стене, чтоб чаще встречаться…

А потом наша семья переехала в другой дом. Мы очень сокрушались, что придется видеться реже, так и получилось. Дела, заботы отдалили нас … Через несколько лет умер Ким Дазоевич, а потом и Евдокия Тимофеевна. Светлая им память…

В доме на проспекте Ленина, 18 – они всегда для меня живы.