Наставник нальчикского «Спартака» Юрий Красножан в интервью изданию «Спорт день за днем» рассказывает о загадочных ивуарийцах, которые никак не приедут в расположение команды, рассуждает о лимите на легионеров и отрицает свою заслугу в открытии футбольного таланта Файзулина.
— Уже через десять дней начнется работа по добыванию очков, а это значит, что все меньше остается вопросов, на которые нельзя дать конкретные ответы. Даже у вас, Юрий Анатольевич, у человека взвешенного и дипломатичного в словах и поступках. Ваша оценка состояния команды на сегодняшний день?
— Вы верно о взвешенности говорите. Но я ведь не один такой, мы все играем в футбол по определенным правилам. Вот попробуйте представить реакцию соперников на мои возможные откровения. Нелепо, не правда ли, раскрывать свои сильные и слабые стороны прямо накануне старта? Если смотреть на вещи философски, я мог бы это сделать, конечно, потому что футбол — всего лишь игра, а не война. Но в этой игре высокие ставки, тем более что я не за себя лично играю.
И другая сторона вопроса. Даже если есть у нас проблемы по отдельным позициям или по состоянию команды в целом, я считаю, нельзя забывать о гуманности. Команда состоит из живых людей, и они очень разные.
— Так расскажите, если уже можно, что у вас хорошего случилось за последнее время...
— Определилась группа лидеров по игре, и кое у кого есть шансы стать еще и лидером раздевалки. Это очень важный момент, ведь настоящий лидер не просто заявляет о себе пусть громко, но один раз; он постоянно подтверждает свой статус, растет, развивается по всем направлениям. Дальше. Несмотря на то что через команду прошло много людей, «Спартак» сегодня похож на коллектив. Похоже, нам удалось собрать этот конструктор. Футболисты, которые работают с командой с прошлого сезона, говорят, что им стало проще выполнять требования и понимать партнеров. Есть эпизоды хорошей игры в организации атаки, но над тем, чтобы они стали системой, нужно много работать.
Вот сколько у нас хорошего. У нас все хорошо! Проблем — никаких. К чемпионату готовы.
— Команда в межсезонье лишилась как минимум двух ярких игроков атакующего плана — Рикарду и Файзулина, и в декабре, помнится, вы сказали, что не знаете, кто теперь будет забивать.
— Так оно и было.
— Потом вы смягчили формулировки, в том числе и потому, наверное, что решился вопрос с Кажаровым, появился в поле зрения Корчагин...
— Корчагина в команде не будет.
— Можно сегодня сказать, что вопрос атаки остается доминирующим среди всех прочих?
— В премьер-лиге вообще отмечается острый дефицит забивных форвардов, разве нет? «Спартак» в этом плане, к сожалению, нельзя назвать исключением.
— Температура, значит, не выше, чем в среднем по больнице?
— Видите ли, у нас не было особого удовлетворения действиями линии атаки и в прошлом году. Убери из статистики семь мячей Рикарду — и выяснится, что голы каждого из оставшихся игроков группы атаки на пальцах одной руки можно без труда пересчитать. Сегодня у нас есть нападающие, от которых реально ожидать хорошей отдачи. Но кто из них станет бомбардиром, забивалой и станет ли вообще — я не могу сейчас сказать, извините. Я этого не знаю просто. Сезон покажет.
— Сколько в команде осталось вакантных позиций?
— Количественно мы никак не ограничены. Ищем качество. Но говорить о приобретениях — я еще раз хочу подчеркнуть — стоит только тогда, когда оформлены отношения: человек подписал бумаги, а мы поставили его на довольствие и определили задачи. По ходу предсезонной подготовки 50 (!) футболистов побывали на просмотре, а взяли мы восемь, например. Ну что об остальных рассказывать? Людям это неинтересно, а игрокам — вредно с точки зрения развития карьеры. Кто-то не подошел по цене, кто-то по здоровью, кто-то по характеру — разные причины. Все мы проходим свой путь, учимся на ошибках — и клубы, и люди.
— Ужесточение лимита на иностранцев уже меняет принципы селекционной политики клуба? Давит на психику?
— Давило два года назад. И будет давить через год, когда иностранцев станет шесть, а потом и вовсе пять. У всех проблемы. Но они решаемые, потому что есть время. Если посмотреть в корень, то получается, что за год ты должен вырастить одного футболиста для основного состава или найти его на стороне, что тоже является решением вопроса. Условия игры для всех одинаковы.
— Но пройдет год — и все станут говорить, что времени было, к сожалению, катастрофически мало.
— Все может быть. Поэтому мы и создаем свою школу. Пусть не завтра, а через пять лет будет отдача, через шесть — главное, что работа уже идет.
— Недавно в Интернет попала информация о том, что Нальчик ждет футболистов из Кот-д’Ивуара, которые не приняли участия в испанских сборах из-за визовых проблем...
— Ждет. Но не дождался пока, и причин их отсутствия я не знаю. Когда слышу разговоры о том, почему Россия не осваивает более активно бескрайний и довольно дешевый африканский рынок, мне сразу становится понятно, о чем идет речь. Все покупатели, наверное, сталкиваются с такими вот проблемами. А кому охота рисковать, когда до начала сезона остаются считанные дни?
— По ходу прошлого сезона «Спартак» сделал два открытия: Рикарду и Файзулин были в межсезонье нарасхват. Такая отдача от Нальчика чем обусловлена? Это просто стечение обстоятельств или вы научились раскрывать таланты?
— Я думаю, нашей заслуги здесь почти нет. Особенно по Вите. Файзулин сам себя открыл — еще в 17 лет, когда ярко начал в Хабаровске. Потом была череда травм, какие-то проблемы в коллективе... Словом, год назад никто не рискнул взять человека, а мы рискнули и угадали. Разве что в этом риске наша заслуга. А парень свой шанс показать себя в премьер-лиге использовал сполна, мы всего лишь пытались ему не мешать. По Рикарду другая ситуация. Его агенты хотели сделать с нашей помощью хорошую презентацию, и они ее сделали. Человек сыграл так, как умеет.
— В конце прошлого сезона вы жили надеждой о том, что бюджет клуба будет увеличен раза в два. Это произошло?
— Мы получили даже больше, чем ожидали.
— Дышать стало легче, дышать стало веселей?
— Дело не в том, что мы все тут взяли и разбогатели. Мы теперь можем тратить деньги на развитие, а не только на текущие нужды, закупать оборудование, развивать аналитический отдел, вкладываться в школу. Это принципиальнейшая разница. Кроме того, деньги позволяют проводить нормальную, как мне кажется, селекцию: не по звонкам, просьбам и рекомендациям собирать людей, а по итогам просмотров, на основе профессионального взгляда.
— Другие деньги — другие задачи. Так обычно бывает...
— Я сейчас раскрою вам маленький корпоративный секрет. Реальные задачи редко когда бывают публичными. Вслух можно сказать много чего интересного, но на самом деле задачи рождаются, а потом выполняются или умирают внутри коллектива. Однако, поверьте, никто накануне сезона не станет убеждать своих футболистов в том, что борьба за выживание — пик возможностей команды. Все мечтают быть как можно выше, все знают, что на той стороне поля — не инопланетяне с двумя головами и сердцами, а такие же, как мы, футболисты и тренеры, простые смертные люди. А бедных и несчастных сейчас нет в нашем футболе.
ФНК-новости