1. Жить сегодня в своём замкнутом мирке (в мононациональном обществе) невозможно, да и не выгодно во всех отношениях. Между тем, люди живут в окружённых границами странах и субъектах со своими законами, экономикой, культурой, традициями, менталитетом и т.п.

Шуточная русская поговорка гласит: «Что русскому хорошо, то немцу – смерть», а серьёзная кабардинская – "Нэгъуэщlым и акъылкlэ псэуа ухъунукъым" - "Чужим умом не разживёшься". Расул Гамзатов говорил, что если оригинал подобен ковру с лицевой стороны, то копия – его изнанке. Суть приведённых мыслей и слов заключается в том, что сельскохозяйственным производством надо заниматься, опираясь, в первую очередь, на свои собственные традиции и опыт, вкрапливая в них, позитивные результаты науки и практики, а также других регионов и государств, причём «не в лоб», а критически переоценивая их! Почему? Потому что земля, природно-климатические условия и традиции ведения сельского хозяйства различных стран и регионов разительно отличаются друг от друга и напрямую ни один из них не подходит нам, так же, как наш – другим.

Например, в своё время Хрущёв дискредитировал кукурузу, которая прекрасно растёт в Кабардино-Балкарии, попытавшись сеять её в северных регионах РСФСР. Или ещё ближе к нам, пример: картошка в Зольском районе растёт лучше, чем в Терском. Это в одной и той же малюсенькой КБР, вся пашня которой равна пашни одного района Кубани.

2. Каковы же у нас в Кабарде, позже в Кабардино-Балкарии, были традиции и опыт в землепользовании?

 У нас не было крепостного права в том виде, в котором оно было в русских регионах. После отмены его в 1861 г., у нас не было крупных помещиков и собственников земли, поэтому в землепользовании превалировало общинное земледелие, т.е. земля принадлежала государству, а крестьяне её арендовали. Столыпинские реформы не коснулись нас, поскольку они предназначались только для русских губерний с обширными площадями пахотных земель. При советской же власти в республике практически продолжилось общинное землепользование в формах колхозов, совхозов и других хозяйствующих субъектов. И сегодня в КБР де-юре нет частной собственности на землю. 

Таким образов, на протяжении 150-200 и более лет у нас не было частной собственности на землю, а преобладало общинное землепользование. Из архивных документов я знаю, что мой прадед из аула Боташево (ныне сел. Плановское, Терского района) Шогенов Герандуко Мухаматович 1843 года рождения был общинником и одним из неплохо живущих в ауле. За исключением двух фамилий все жители нашего аула были общинниками.

Итак, традицией в землепользовании у нас является общинное земледелие!

Что касается опыта, то нам ближе всего опыт ведения сельскохозяйственного производства КБАССР, когда мы 18 лет подряд занимали первое место в стране по выращиванию кукурузы. И даже сегодня лучшие показатели в сельскохозяйственном производстве имеет единственный колхоз, сохранившийся у нас – это колхоз им. Петровых Прохладненского райна.

Вот те традиции и опыт, из которых следует исходить нам при решении земельного вопроса, а не заниматься экспериментами, как минимум, с неизвестными последствиями!

3. Тем не менее, сегодня РФ живёт под флагом превалирования частной собственности в экономике, в том числе в землепользовании. Иные теоретики утверждают, что частная собственность на землю станет более эффективной. При этом они ссылаются не на свой последний 20-летний опыт, а на опыт других стран, в частности США – эталонной страны для таких теоретиков. Поэтому, дескать, нам надо ввести частную собственность на землю, что отвечает рыночным отношениям в экономике и сделает нас похожими на США. По расслоению общества на богатых и бедных, бандитизму, казнокрадству, коррупции, безнравственности и т.п. мы уже превзошли США, осталось догнать по землепользованию. Некоторые наши аграрии забывают, что КБР не Якутия и не Красноярский край и даже не Кубань и Ставрополье, где земли и леса больше чем у нас в десятки и сотни раз, а также мы не такие районы как кукурузная Айова и пшеничное Колумбийское плато США. Главное же - в КБР живут кабардинцы, балкарцы, русские, осетины…, которые не похожи друг на друга, а на американцев - тем более.

В доказательство того, что тезис об эффективности частного землепользования, как минимум, сомнителен, а по существу – ложен, приведу сначала опыт Израиля, а потом РФ и КБР. Почему Израиля, а не США или Франции? Потому, что Израиль соизмерим с КБР по масштабам пахотной земли, но не природно-климатическим условиям и численности населения. 

Израильское сельское хозяйство составляет относительно небольшую часть в структуре национальной экономики, примерно 5% ВВП и 5,6% в структуре экспорта. Рабочая сила в сельском хозяйстве здесь порядка 70 тыс. человек, что составляет 3,5% работающего люда (Справка: в КБР в 1990 г. работало в с/х 55,6 тыс. человек). 

Под сельское хозяйство в Израиле отведено 440 тыс. га пахотной земли, из которых более 50% орошается. (Справка: в КБР – около 330 тыс. га, из которых до 1990 г. орошалось более 30%, сегодня – практически ноль). При всём этом сельское хозяйство Израиля на 95% обеспечивает потребности населения страны (более 7,5 млн. жителей, у нас менее 1 млн. человек) в пищевых продуктах. Молочными и мясными продуктами Израиль обеспечивается полностью. Более того, надои молока в год на одну корову составляет там 10-12 т., что является мировым рекордом, поскольку в США – 7-9 т., в Европе – 6-7 т., а в КБР – лишь 3-4 т. Да и в растениеводстве Израиль рекордсмен – по 50 ц/га они собирают пшеницы в среднем, в США – 20 ц/га и др. В Израиле производится большое количество сельхозпродукции на экспорт. Импортируется около 1 млн. т. пшеницы и кукурузы, сахар, отдельные виды мяса, производство которых здесь ограничено размером пашни и недостатком воды для орошения.

Земля в Израиле принадлежит однозначно государству, основная форма землепользования – кооперативная. Сельскохозяйственная кооперация здесь представлена в основном двумя видами поселений: кибуцы и мошавы, которые арендуют земли у государства на 49 лет с последующей пролонгацией. При этом кибуцы – это деревни-коммуны, напоминающие наши бывшие колхозы, но с несоизмеримо бóльшими обобществлениями имущества; мошавы – это деревни частных хозяев, точнее кооперация сельскохозяйственных фермеров, арендующих земли у государства. В реализации сельхозпродукции внутри Израиля нет проблем, её в основном закупает государство, остальное - реализуется на свободном рынке, в том числе зарубежном.

Этот пример я привёл не для копирования, а чтобы показать, что форма собственности на землю (то ли она частная, то ли государственная) не имеет никакого значения для её эффективного использования.

А вот примеры из 15-20-летнего опыта РФ и КБР.

В таблице, составленной на основе официальных статистических данных, взятых из ЦСУ КБР и книги С. Кара-Мурзы, С. Батчикова, С. Глазьева "Куда идёт Россия Белая книга реформ" (М.:"Алгоритм", 2008), сведены основные показатели сельскохозяйственных предприятий в 1990 г. (последний год существования КБАССР и РСФСР) и 2006 г. (год Сельскохозяйственной переписи в РФ). При этом единицы измерения таковы: в числителях дробей – показатели по КБР, знаменателях - РФ.

Основные показатели	КБР		РФ		Уменьш на %
	1990	2006	1990	2006
Число крупных и средних предприятий на конец года, един./тыс.	133	113	25,8	16,9	15,0/34,5
Среднегодовая численность работников, тыс./млн.	55,6	7,2	8,3	2,2	87,0/73,5
Посевная площадь, тыс./млн. га	329,3	300,3	112,1	48,2	9,7/57
Поголовье скота, в т.ч. (тыс./млн. голов)
Крупного рогатого	322,5	203,6	45,3	10,5	36,9/76,8
Свиней	145,6	23,0	27,1	4,0	84,2/85,2
Производство продукции, в т.ч. (тыс./млн. т.)
Зерна	604,5	411,1	113,5	51,9	32,0/54,3
Скота и птицы (в убойном весе)	45,6	30,8	7,0	2,5	32,5/64,3
Молока	282,5	264,5	41,4	14	6,4/66,2
Яиц, млн./млрд. шт.	163,9	123,2	36,6	28,5	24,8/22,1
Шерсти, т/тыс. т.	1353	882	169	11	34,8/93,5

Из таблицы, очевидно, что ухудшение основных показателей в землепользовании КБР за последние 15-20 лет составляет от 9,7 до 84,2%, в РФ – ещё хуже – от 22,1 до 93,5%.

Отсюда можно сделать общий вывод о неоспоримой эффективности колхозно-совхозного, точнее коллективного общинного землепользования в КБР, поскольку оно позволяло с наименьшими издержками использовать комплексную электромеханизацию, мелиорацию, химизацию и другие прогрессивные технологии в сельскохозяйственном производстве. Более того, на «плечах» колхозов и совхозов лежали соцкультбыт и изрядная доля инфраструктуры сел. И они вполне удовлетворительно справлялись с этими проблемами! А сегодня кто-нибудь из богатых арендаторов земли решает эти проблемы? Ну, хотя бы частично, заменяя обветшавшие водопроводные и канализационные трубы в каком-нибудь селе КБР?

4. Как было отмечено на совещании, состоявшемся 24 января сего года в Нальчике, где рассматривались вопросы развития сельскохозяйственного производства КБР, в целом ряде районов, допущены перекосы в вопросах аренды земли. В сельских поселениях большую часть земель арендует узкий круг состоятельных бизнесменов, в то время как основная часть селян вообще не имеет доступа к аренде земли. Более того, некоторые из указанных арендаторов, используют пахотные земли под интенсивное садоводство, свиноводческие комплексы и др. Эти обстоятельства чреваты, как минимум, тремя негативными последствиями для КБР:

4.1. На селе велика безработица, растёт недовольство крестьян и как следствие социальная напряжённость, что освещалось даже в республиканских, не очень-то свободных, СМИ.

4.2. Сокращаются площади пахотных земель, что автоматически уменьшает зерновой клин – основу сельскохозяйственного производства.

4.3. Развитие интенсивного садоводства относительно крупными арендаторами-бизнесменами, лишает большую часть селян, живущих за счёт своих обычных плодовых садов, жизненных основ и увеличивает безработицу на селе.

5. О пастбищных угодьях. Увы, они в прошлом, зачастую, были яблоком раздора на Кавказе, поэтому к ним должен быть особый подход, независимо ни от чьих-либо амбиций, прихоти и желаний. Вспомним из истории Зольское восстание кабардинских крестьян и Черекское – балкарских в 1913 г. из-за пастбищных и лесных угодий, которые захватили (присвоили) кабардинские конезаводчики и балкарские таубии, запретившие крестьянам держать свой скот и пользоваться дарами леса и произошли эти восстания, закончившиеся, как известно, кровопролитиями. Постоянные столкновения также происходили между дагестанцами и чеченцами, опять же из-за пастбищ. Чтобы исключить даже тени подобий, пастбищные угодия следует централизовать с одной единой государственной (республиканской) системой управления, которая поддерживала бы их в надлежащем состоянии и сдавала в аренду землепользователям.

Все негативные явления в сегодняшней форме землепользовании в КБР в совокупности умножатся, если у нас в малоземельной республике будет введена частная собственность на землю с возможностью её купли-продажи. Возникнут коллизии не только между этносами, но и внутри этносов и даже между братьями и сёстрами. Сегодня из-за каких-нибудь 15 см земли конфликтуют и судятся соседи. Поэтому не надо рожать новые конфликты в республике, хватит имеющихся.

Исходя из приведённого, я считаю, что в КБР, следуя поговорке «От добра добро не ищут», надо возродить коллективные хозяйства, не «в лоб», конечно, а с учётом нового времени и новых обстоятельств, в которых мы живём сегодня, т.е. опять же следуя диалектике. Для этого, надо раздать землю бесплатно всем сельским жителям, желающим заниматься сельскохозяйственным производством, а не избранным лицам, не в собственность, а в аренду, т.е. в управление. После этого предложить им объединяться в кооперативные коллективные хозяйства, с правом выхода из него, или заниматься единоличным (семейным) фермерством тем, кто не желает работать в кооперативе.

Кстати, о единоличниках или семейных фермерах. Исследованиями в РФ установлено, что средний семейный фермер со своей ли землёй или арендованной, в лучшем случае, может прокормить свою семью и 0,33 наёмного работника. Поэтому они не бесполезны, хотя за последние год-два такие фермы сокращаются интенсивно. Например, на Кубани их число уменьшилось в 6 раз, в ЧР – в 2 раза и т.д. Поэтому строить на них сельскохозяйственную политику страны и даже региона, как нас учили в недалёком прошлом московские «асфальтные аграрники», как показала практика, не эффективна и не целесообразна.

Краткие выводы:

А. Земля в малоземельной КБР должна оставаться государственной (республиканской) собственностью, скажем, на 49 лет. А после видно будет другим поколениям. (Основание: в Конституции РФ, раздел первый, глава I, статья 9, п.2 записано: "Земля и другие природные ресурсы могут находиться в частной, государственной, муниципальной и иных формах собственности").

Б. Пастбищные угодья при всех условиях должны оставаться под республиканским управлением.

В. Землю в селах следует распределить бесплатно в управление между селянами, желающими заниматься сельскохозяйственным производством, которым предложить объединяться в крупные кооперативные коллективные хозяйства, с правом выхода из них. При этом не должны исключаться единоличные, в том числе фермерские (крестьянские) формы хозяйствования для тех, кто пожелает.

Один из вариантов конкретной реализации изложенных предложений приведён в моей записке председателю парламента КБР в 2010 г. Этот вариант и другие должны быть отработаны в результате дискуссий специалистов - учёных и практиков.

Асланбек Шогенов, доктор технических наук.

P.s. «Пахотные земли, пастбища, водные ресурсы могут внести в экспорт не меньший вклад, чем ТЭК…» (академик Е.М. Примаков).