Новости: Экономика



Ситуация в АПК: Фикция устраивает всех

Видеть реальные проблемы чиновникам мешают информационные фильтры.

Два года подряд Ставрополье собирает рекордные урожаи, привыкая к хорошему и приучая страну к победным реляциям. В этих условиях сложно допустить, что успех зиждется на стечении обстоятельств, удачному распределению температур и влаги, информирует sk-news.ru со ссылкой на председателя агрокомитета в Национальной технологической палате Александра Генриховича Харченко. 

И кто его знает, как сложится дело в 2017-м при столь холодном и сухом октябре, когда падающее в землю озимое зерно не имеет ни влаги, ни тепла для прорастания.


Между тем, есть и опробованы в соседних регионах и на ставропольских землях технологии, позволяющие из года в год получать стабильно высокие урожаи, бороться с грибными и другими заболеваниями, резко снижающими качество зерна. Один из авторов и проводников нового, наш собеседник –  Александр Харченко. Академик Международной академии наук экологии и безопасности жизнедеятельности (МАНЭБ) - он, что называется, собаку съел на системах землепользования, изучил их особенности в странах Латинской Америки, Канаде, Австралии. 


Александр Генрихович много лет проработал главным агрономом Св.Троицко-Сергиевой лавры, малым числом рабочих рук получал рекордные урожаи, а в последние годы ушел в агропроизводство. Известный поборник возрождения естественного плодородия почвы Николай Курдюмов в одной из последних статей назвал методы Харченко УРА-технологией: Урожайно Рентабельная Агрономия.


Земля – мать, или мать её?

Земля,  пашня, нива, что это – набор микро- и макроэлементов, нужных для роста растений, или нечто большее? Понимание, что почва – это живое сообщество бактерий, грибов, микроорганизмов, червей и букашек разного размера и предназначения, полезных и не очень, но без которых не видать плодородия, постепенно овладевает умами земледельцев.


Первыми на новости об эффективных микроорганизмах, способных кратно увеличить урожаи и защитить грядки от болезней, а также об отказе от глубокой копки (пахоты) с оборотом пласта в пользу мелкого рыхления, откликаются, как правило, дачники. Очень медленно, но информация о небывалых овощных успехах энтузиастов восходит в сферу профессиональных аграриев, преодолевая скепсис из серии «нас этому не учили», «всю жизнь копали и пахали» и «этого не может быть». Смотришь, и фермеры, руководители хозяйств из «продвинутых» заинтересовались набравшими популярность на западе технологиями минимальной обработки почвы (mini-till), а также системами земледелия, где вообще отсутствует какая-либо обработка почвы (no-till). Да и сводки с полей убеждают: 50-60 центнеров с га на ноу-тилле против 25-30, а то и меньше, при традиционных технологиях. Но есть и противники новаций, объясняющие, что плюсы от их введения нивелируются дороговизной и сложностью применения.


Австралия или Аргентина? ЗемлеПОЛЬЗОВАНИЕ или землеДЕЛИЕ?

Александр Харченко, согласен, что no-till – штука полезная, но применять новацию нужно сообразно климату, иначе приходится страховать себя большим количеством вносимой в почву «химии», а это сильно «накручивает» себестоимость. Средства защиты или их компоненты производят, в основном за рубежом. Удобрения, производимые у нас, продаются по рыночной цене, приближенной к мировой. Курс валют сделал их «золотыми». Поэтому несмотря на хорошие урожаи заработали ставропольские аграрии гораздо меньше, чем могли бы: слишком дорого нынче выращивать сельскохозяйственные культуры.


Кроме того, в последние годы на пшеницу перекинулись нехарактерные прежде для этой культуры грибные болезни, которые прежде паразитировали только на кукурузе, а сейчас, расширив спектр «хозяев», освоили и другие культуры. Эти новые фузариозы не дают зерну налиться и отравляют микотоксинами то, что удалось собрать, снижая параметры продовольственной пшеницы до фуража.


(Фураж этот скармливают птице и скоту, а отравленные токсинами продукты животноводства потом поступают на прилавки. Минеральных удобрений по сравнению с советским периодом стало много меньше из-за дороговизны, органических нет вообще, и патогенные микроорганизмы многократно нарастили свою массу, заместив в почве агрономически ценные и супрессивные виды микроорганизмов, они выделяют токсины и оказывают огромной силы негативное воздействие на природу и человека. Токсичность продуктов питания и фуража для животных тревожит экологов. А теперь из фуража разрешили печь хлеб…)


Отметим, что в этом году лишь 18 % собранной в стране пшеницы является продовольственной. На Ставрополье показатели лучше, но проблема существует и здесь. Патогены захватили бездумно протравленные поля, когда вместе с частью болезнетворных были убиты и полезные микроорганизмы. Нетипичные для почвообразовательных процессов и неспособные к взаимодействию с растениями микроорганизмы заселяют корни сельхозкультур, но не «кормят» хозяев, а паразитируют на них. Поэтому растения не могут сформировать полноценный урожай даже при достаточном количестве минерального питания. И превращение почвы из «живого тела» в «мертвый субстрат» – это уже реальность большей части российских сельхозугодий.


Снизить химическую нагрузку, и компенсировать отсутствие органических удобрений, говорит Харченко, можно, если правильно подобрать систему земледелия.  Когда мы говорим о no-till, то нужна знать, что существует несколько вариантов этой системы, сформировавшиеся различных по увлажненности регионах Земли. Часто название одно, а на деле мы имеем различные производственные системы с различными типами сеялок и стратегий.  Так для засушливых восточных районов Ставрополья единственно приемлем австралийский вариант no-till, отработанный в условиях минимальных осадков, тогда как аргентинский, рассчитанный на более высокие показатели влагообеспеченности подходит на Кубани. К сожалению, сельхозпроизводители часто не имеют доступа к достоверной информации о новых методах ведения хозяйства.

 

Почему в стране деревня погибает? Почему происходит депопуляция села? Люди бросают свои дома, едут в город, потому что нет эффективности сельского труда. Жизнь не соотносится с тем, что говорят доктора наук, профессора из академий. Знания в этой области монополизировали неэффективная наука и работающие по старинке агрохимстанции. Так сложилось. Плюс личные интересы влиятельных лиц, имеющих свои доли в химпроизводствах средств защиты растений, работающих на дешевом, часто некачественном сырье китайского производства.

Десятки лет отечественное сельское хозяйство использует эти неэффективные и часто дорогостоящие средства. Системой защиты управляет не достоверный фитомониторинг, а голый маркетинг, тогда как на Западе это – невозможно. Там, если какое-то химическое средство на поле не сработает от проблемы, для решения которой препарат приобретен по совету «химиков», то продавца или химическую компанию фермер может засудить, разорить через эффективно работающую систему судов

У нас же химические коробейники охотно продают «суперпрепараты» от всех болезней разом, а лишенную полезной микрофлоры и возможности сопротивляться земля теряет плодородие, преставая быть живым организмом.

 

Сила инерции?

Чиновники распоряжаются не своими деньгами, но им край нужны показатели, чтобы радовать начальство, иначе и места можно лишиться. Ну, а фермеры, агрохолдинги, которые свои кровные в землю вкладывают, почему же они продолжают сидеть на «химической игле» – сила инерции?


Здесь несколько причин, считает Харченко. Его личный опыт хождения по кабинетам показывает, что о нарождающихся проблемах чиновники знать не желают, пока, как говорится, «петух не клюнет». Им бы с текущими задачами справиться. Поэтому из потока информации выбирается только то, что всех устраивает и успокаивает (как иначе отчитаться начальству?) и неважно, насколько это отражает действительность. В лучшем случае новатора отправят в местные НИИ «на благословение» новой идеи. А зачем местным ученым вникать в чужие труды, когда свои могут попасть под сомнение?


Большинство из крупных агрохолдингов, по оценке Харченко, на удивление малоэффективны с точки зрения рентабельности растениеводства. Новатор сравнивает их с динозаврами: при большом теле хозяйств – далеко-далеко, на длинной шее управленческих звеньев маленькая голова. Планы посевов-обработок далекое руководство холдинга верстает в декабре, закладывая график работ на местах, а оперативные решения принимает так долго, что ситуация меняется. Урожай гибнет от болезней, а агроном не имеет права отступить от предписаний полугодичной давности. Результаты такой работы плачевны. Вот и агрохолдинг «Разгуляй» (до 500 000 га в его лучшие годы), имеющий под соей и кукурузой 6,5 тыс. га в Ставропольском крае, уже «сыграл в ящик» и распродал активы. Группа «Иволга» с ее 2 млн га, известная на Белгородчине и в ряде других регионов, также спела свою последнюю песню, как и еще ряд «великанов».


Реально идут на внедренческие эксперименты крепкие середняки, хозяйства с объёмом земли от 300 до 20 тыс. га, где работают продвинутые агрономы, или во главе – грамотный руководитель. И у них получается. За три-четыре года урожайность вырастает с 35 ц с гектара до 85 ц - это фантастическая прибавка.


Нужно сказать, что выдающихся успехов добились, в основном, бывшие строители, вертолётчики, физики, «прибившиеся» к сельскому хозяйству - открытые новому люди с незашоренным сознанием. Вообще, в последние 40-50 лет именно успешный опыт передовых фермеров-экспериментаторов стал основой развития мирового сельского хозяйства.


 Как выбираться?

По разработанной Александром Харченко системе, не нужно лечить растения впрок от несуществующих болячек и использовать универсальные химические препараты. Состояние растений и почвы на поле необходимо регулярно диагностировать – это небольшие деньги. Далее их лечат точечно, воздействуя лишь на возбудителя болезни или восполняя нехватку элементов питания в почве через систему бюджетных некорневых подкормок.


Деньги на ветер также безграмотное использование больших доз химических удобрений.  Лучше работать не с сухими удобрениями, а с жидкими формами (например, КАС-32), у которых КПД в 3-4 раза больше, а также применять биологически активные закваски на пожнивных остатках. В их состав, кроме разлагающих целлюлозу микроорганизмов входят агрономически ценные, эффективные микроорганизмы (ЭМ), часто утраченные на наших почвах. Тогда отсутствие органических удобрений, компенсируется превращением соломы, создающей головную боль сельхозпроизводителю в высокоценный органический компост прямо на поле.  Это – очень бюджетное решение. Собственно, речь идет о переосмысленном варианте признанной в мире ЭМ-технологии, основоположником которой является японский ученый микробиолог Теруо Хига.


Александр Генрихович приводит много примеров того, что на третий-пятый год (в зависимости от степени деградации) почва оживает, и ей нужно меньше минеральных удобрений. Вплоть до абсолютной их ненужности после полного восстановления активных почвенных процессов. Но уже в первый год применения результаты в хозяйствах заметно улучшаются.


Законы рекламы не позволяют мне называть фермеров, избравших путь экологичного земледелия. Но в Ростовской области, Украине, на Урале и в Башкортостане их больше, чем на Ставрополье, хотя производство микробных препаратов, причем со сроком хранения до 2,5 лет, а не один сезон, как у тех, что представленны на рынке, Харченко наладил именно в Ставрополе. В своем отечестве пророка хуже слышат?

Марина Чернышева

«Ставропольские губернские ведомости»

 

УРОКИ ЖИЗНИ:

 С конца 60-х годов в нашей стране повсеместно стала на государственном уровне внедряться агротехнологическая модель Нормана Борлоуга – отца-основателя системы интенсивного растениеводства «зеленая революция». Она базируется на четырёх «китах»: селекция и внедрение высокопродуктивных сортов и гибридов сельскохозяйственных культур, применение большого количества минеральных удобрений, широкомасштабное применение дорогостоящих химических средств защиты растений и, по возможности, полив. Но жизнь в течение последующих полутора- двух десятилетий показала, что эта модель оказалась эффективной только отчасти, она хорошо «работала» только на 20 процентах почв, в то время как на остальных началась сильная деградация, которая привела к резкому снижению плодородия и появлению так называемых «мертвых черноземов», «выпаханных почв» и т.п. 


При этом мы попали в зависимость от иностранных производителей средств химзащиты растений, поскольку СССР в своё время отказался от производства собственных пестицидов. А производство высокопродуктивных сортов и гибридов к настоящему времени оказалось сосредоточено в руках транснациональных семеноводческих корпораций. К примеру, в России сегодня 75 процентов семян кукурузы и подсолнечника – импортные.


Из-за прогрессирующих процессов деградации почвы, когда с каждым годом требуется всё больше химических удобрений, а урожайность – не выше, мы почти повсеместно наблюдаем появление эпифитотий (эпидемий) новых смешанных бактериально-грибных болезней растений и рядом других проблем, вызванных процессом биологической деградации почв. В итоге это приводит к деградации отрасли в целом: недобор урожая зерновых в стране от болезней составляет 40 процентов и более, а  рентабельность сельского хозяйства сегодня крайне низка, а в ряде случаев – отрицательная. Ведь цены на «химию» растут быстрее, чем, например, на зерно и прибыль от сельского товаропроизводителя уходит к «химикам».


ЦИТАТА:

- У нас государство, к сожалению, ещё в 90-х годах отстранилось от решения задач в сельском хозяйстве. Мы приняли либеральную модель, предполагающую, что рынок всё устроит. А на самом деле мы пришли к тому, что государство не знает, чего ему хотеть в этой отрасли: просто отсутствует понятийный аппарат. Прикладная аграрная наука погибла.  Вдобавок мы подписали кучу международных соглашений, которыми загнали себя в угол. Я имею в виду ВТО, конечно. Может, государство и хотело бы что-то изменить, но рычагов нет, потому что у нас международное законодательство превалирует над государственным. Поэтому все заявления власти чаще всего носят только декларативный характер. На Всероссийском агрономическом совещании, бывший министр сельского хозяйства Николай Федоров с высокой трибуны во всеуслышание заявил, что его министерство проблемами растениеводства не занимается, этим мол, должны заниматься субъекты федерации.

 

ЦИТАТА:

 - После сокращения финансирования в 90-е годы прошлого века, был изменен устав Россельхозакадемии. Приоритет был отдан фундаментальной науке, отстраняя ученых от решения реальных практических проблем. В эпоху президентства Д.А. Медведева власти попытались разобраться, почему у нас не решаются актуальные вопросы земледелия, выяснилось, что академия этим не занимается, на ее плечах лишь фундаментальные исследования. За этим последовала череда скандалов, которые привели к объединению Россельхозакадемии и РАН и созданию ФАНО, однако насущных проблем сельского хозяйства это как не решало, так и не решает до сих пор.

  

ОПЫТ: В США сейчас успешно работает цепочка «фермер-экспериментатор – учёный – консультационные центры», тиражирующие успешные практики и агротехнологические решения, придуманные успешными фермерами. Есть опыт таких стран, как Бразилия и Аргентина, которые в своё время были поставлены в тяжёлые рыночные условия. Тогда они создали при министерствах развития и экономики небольшие институты, по созданию эффективной модели сельского хозяйства, в которой отрасль могла бы зарабатывать деньги, могла бы экономически подняться. Они пошли к эффективным фермерам, изучили их опыт и подвели под него теоретическую базу. Можно пойти таким же путём и у нас: есть масса хозяйств, которые работают эффективнее, чем соседи. Почему бы не взять их опыт на вооружение? Воспроизвести его, а если он на самом деле воспроизводится – сделать материалы, написать книги, предложить для массового внедрения.


Система продвижения технологий должна быть организационно независима от науки – нужна эффективность, а не бесконечная борьба научных школ и различных «мнений». Хорошо, если этот процесс инициирует государство. Но если оно этого не сделает, отдельные фермеры, отдельные исследователи и практики всё равно будут заниматься этим. Всегда есть те один-два процента, которые будут ездить в Канаду, Австралию, Аргентину, изучать, как у них получается, и внедрять передовой опыт у себя.


Но обидно, что теряем невоспроизводимый ресурс – ВРЕМЯ.

 


Комментарии

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

ВТБ24 тестирует новую технологию обслуживания клиентов, которая заключается в отказе от использования бумаги в отделениях банка. В случае полномасштабного внедрения проект позволит экономить не менее 450 млн рублей в год.

Чем здоровее пища, тем здоровее человек, который ее употребляет. Помидоры-огурцы, да груши-яблоки жители Северного Кавказа еще могут, не травя химией, вырастить сами или купить у бабушек на рынках Нальчика, Ставрополя, Владикавказа, Махачкалы, Назрани, Черкесска, Грозного, констатирует sk-news.ru.

С 15 июля вступили в силу поправки в Федеральный закон «О торговле». Среди главных нововведений – снижение максимального размера вознаграждения торговым сетям от поставщика за приобретение товара с 10 до 5 процентов от цены приобретенных товаров, сокращение максимального срока отсрочки оплаты торговыми сетями полученных от поставщиков товаров и запрет за взимание платы за «вход» в сеть, сообщает sk-news.ru.

21 апреля прошла ежегодная акция «Библионочь 2017». Свыше 1000 библиотек в 84 регионах страны приним...
19 апреля в рамках реализации проекта «Туризм без барьеров: открываем мир путешествий для лиц с инва...
18 апреля незрячие и слабовидящие читатели библиотеки по приглашению компании «МегаФон» посетили кин...

Видео лента

Мы в социальных сетях


Подписка

Новости портала "Кабардино-Балкария. Мир и мы" за последние сутки

Календарь новостей

Апрель
2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
27
28
29
30
31
29
30